Ленин и Инесса Арманд. Любовь и революция

Я знал, что позиция, занятая правительством, была достаточно нелепой и безнадежной: отсиживаясь в Зимнем дворце, где шли заседания, члены правительства ждали прибытия войск с фронта. Рассчитывали на ненадежность и деморализованность выведенных большевиками отрядов, надеясь на то, что «такое войско разбежится и сдастся при первом холостом выстреле». Правительством ничего не было сделано для защиты своей последней цитадели – Зимнего дворца: не было добыто ни боеприпасов, ни продовольствия. Вызванных днем к резиденции правительства юнкеров не смогли даже накормить обедом.

В первой половине дня к охранявшим Зимний юнкерам Петергофской и Ораниенбаумской школ присоединяются ударницы женского батальона, отряд казаков с пулеметами, батарея Михайловского артиллерийского училища, школа инженерных прапорщиков, а также некоторое количество добровольцев. Поэтому в первой половине дня членами правительства, скорее всего, трагичность их положения не ощущалась: около Зимнего собралась некоторая военная сила, по их мнению, достаточная для того, чтобы продержаться до момента прибытия войск с фронта. Пассивность атакующих также усыпляла бдительность Временного правительства. Наши беспорядочные толпы матросов, солдат, красногвардейцев то наплывают к воротам дворца, то отхлынывают.

Потому вся деятельность правительства свелась к обращению к населению и к гарнизону с рядом запоздалых и потому бесполезных воззваний. К вечеру 25 октября ряды защитников Зимнего сильно поредели: уходили изголодавшиеся, обманутые, упавшие духом. Ушли и те немногие казаки, что были в Зимнем, смущенные тем обстоятельством, что вся пехота правительства оказалась «бабами с ружьями». К вечеру покинула резиденцию правительства и артиллерия: ушли по приказу своего начальника юнкера Михайловского артиллерийского училища, правда, небольшая часть из них ослушалась приказа и осталась.

В то же время о силах, охранявших Зимний дворец, были известны и совсем другие факты, что на момент штурма они составляли примерно 137 ударниц женского батальона смерти (2-я рота), 23 роты юнкеров и 40 инвалидов Георгиевских кавалеров, возглавляемых капитаном на протезах. В общем, это было даже смешно. Как они собирались защититься?!

К вечеру в руках Временного правительства фактически остался только Зимний дворец, который охранял небольшой отряд юнкеров и женский батальон. Практически одновременно с последним воззванием правительства к России, в 21 час, после холостого сигнального выстрела из Петропавловской крепости, началось наше наступление на Зимний дворец. Первая атака представляла собой ружейный и пулеметный при участии броневиков обстрел дворца, сопровождавшийся ответным огнем защитников дворца, и длилась около часа. По итогам атаки сил для защиты у Зимнего оказалось вполне достаточно, однако сказывалось отсутствие командного состава – среди защитников Временного правительства присутствовало всего 5 офицеров. Тем не менее, оборону правительство держало. Даже не ясно, каким образом!

В 23 часа мы начали обстреливать Зимний дворец из орудий Петропавловской крепости, сделавших 35 выстрелов боевыми снарядами, из которых только 2 слегка «царапнули» карниз Зимнего дворца. Когда поднявшие восстание захотели пустить в ход 6-дюймовки крейсера «Аврора», то выяснилось, что в силу своего расположения, крейсер стрелять по Зимнему дворцу не может физически. И дело ограничилось устрашением в виде холостого выстрела.

Правительство, как я совершенно точно могу сказать сейчас, не особенно пыталось сопротивляться. Они были слишком жалки. И для нас, штурмующих большевиков, Зимний дворец не мог представлять серьезного препятствия, так как его обороняли только со стороны фасада, и при этом забыли даже запереть задние двери со стороны Невы, через которые стали без труда проникать матросы с рабочими.