Ляпко: «Мои аппликаторы – здоровье без лекарств»

– Конечно, можно! – доброжелательно подхватывает она, и Николай опускает сигарету, чтобы она не вошла в кадр.

И я наглею до предела:

– А улыбнуться?

Тут Караченцов совершает еще один подвиг, лично для меня. Его глаза остаются по-прежнему безучастными, поскольку мимика лица еще повреждена стрессом недавней катастрофы. Но неожиданно одна половинка губ мило и с готовностью улыбается.

Я потрясена. Стараюсь не запороть единственный шанс сделать фото. И оно получается.

Николай, видимо, очень устает от визита и шлепает обратно в комнату отдыха.

Людмила же еще некоторое время церемонно провожает нас в окружении свиты – кота и собаки – под приветливое щебетание птиц. Она сетует на то, что вот уже полгода никак не может попасть в клинику Дикуля. Я с готовностью даю ей мобильный телефон Валентина Ивановича.

…Бог испытывает, кого любит. И я весь обратный путь молюсь вслух:

– Дай Бог Николаю и Людмиле сил! Дай Бог сил, чтобы подняться! Выйти с победой из этого испытания. Все остальное у них есть – и вера, и надежда, и любовь. И главное – талант! Не сдавайтесь, ребята! Только не сдавайтесь! Я так хочу, чтобы вы снова оказались на сцене в одном спектакле или на съемочной площадке в одном фильме и у сказки был хороший конец!

Николай Григорьевич, скорее всего, думает о том же, потому что, когда мы подходим к машине, где ждут нас спутники, произносит:

– Дай Бог. Дай Бог!

Спустя некоторое время я узнаю от Людмилы, что она добросовестно делает каждый день массаж рук и ног своему супругу игольчатым валиком. Да и Дикуль встретил их по-дружески. Теперь они ездят в его центр довольно часто и активно занимаются. Валентин Иванович даже подарил Караченцову специальный матрац.

А Ляпко уже там, в Украине, связывается с докторами на предмет дальнейшей реабилитации артиста.

Этот случай тогда показал мне новую сторону в многогранной личности Николая Григорьевича. Я увидела воочию, насколько сложно иногда бывает общение с травмированными людьми. Осторожность. Терпение. Настойчивость. Доброжелательность. Любовь… (или все-таки жалость?) Все это ему присуще, кроме тех качеств, которые я уже узнала. И ясно одно – им руководит не триумфальное шествие удачливого доктора, а ежечасная титаническая работа над, для, вопреки и во имя…

Глава 13

Сличенко, Жемчужные и театр «Ромэн»

Есть много народных песен. Но никому еще не удавалось понять русскую душу так, как цыгану. Цыганская песня и русская неразделимы, как береза и сосна, чьи семена выросли из одной лунки. Есть много театров в Москве, но нет ни одного, в котором бы стихии огня, ветра и земли не заставляли бы трепетать сердце зрителя от любви, восторга и восхищения так сильно, как в театре «Ромэн»!

А после спектакля мы в гостях у Николая Алексеевича Сличенко. В кабинете скромность и в то же время изящество. Хозяин встречает по-доброму без пафоса и до удивления человечно.

Н. А. Сличенко – народный артист СССР, никто в России ни минуты не сомневается: Николай Сличенко – звезда. Звезда яркая. Первой величины.

И с ним, и с его супругой Тамилой Суджаевной мы дружим уже лет десять.

Кабинет Николая Алексеевича удивителен не только своими арочными окнами, картинами с лошадьми, но более всего роялем. Еще не было ни разу такого, чтобы он вот так вот запросто не сыграл бы гостям какой-нибудь романс.

С кем бы мы ни приходили, всегда с восхищением слушали песни в любезном исполнении хозяина. Частенько, несмотря на болезнь и усталость! Ведь когда мы прибыли с Ляпко, до спектакля, как сказала Тамила Суджаевна, его супруга, артист буквально неделю не вставал с постели! И, обещая встретиться, нашел в себе силы выступить, после чего, скорее всего, снова сляжет.

Уловив во взгляде тень этой усталости, доктор сразу же приступил к знакомству семьи Сличенко со своими аппликаторами. Как всегда с неуемной щедростью засыпал стол великого артиста разными видами валиков, стелек, ковриков. А лентами уже обматывал артисту ноги.

Немного ошеломленный Сличенко, не привыкший к такому обращению, поначалу сопротивлялся заботе доктора. И позволил себя «полечить», только когда мои друзья незаметно рассосались на территории кулис.

На прощание Николай Сличенко обещает Николаю Ляпко добросовестно выполнять все «инструкции» по использованию волшебных лечебных подарков. А для Ляпко это и является главным подарком.

Семья Сличенко очень быстро «подсела», как и остальные мои друзья, на колючие коврики и стельки. На валики и шарики. Не прошло и недели, как Тамила звонила и…