Ляпко: «Мои аппликаторы – здоровье без лекарств»

Глава 25Аппликаторные приколы Бориса Химичева

Уход Бориса Петровича Химичева не был ни для кого из нас неожиданностью. Меня с ним не знакомили. Артист сам нашел телефон, сам позвонил и попросил найти для репризы стих, что уже лет эдак сорок забыл. Через 10 минут я перезвонила и продиктовала строки того стиха, найденные в интернете. Так началась наша светлая дружба, на какую только способны писатель и артист.

Он охотно записывал на студии мои сказки. С энтузиазмом посещал презентации, концерты, юбилеи, творческие вечера и утренники. Даже принял участие в съемках русско-польского клипа «Последнее танго» на мои слова. Звонки его раздавались в нашем доме чуть ли не ежедневно. Я была в курсе о всех его романах со ста женщинами, «которых он любил и которые его бросили» – так он шутил. Сетовал на то, что распределил в три банка деньги, и все они там сгорели. Делился переживаниями из семейной жизни. В подробностях рассказывал, как умирала и умерла милая супруга, страдавшая сенильной деменцией и обширною формою склероза. Естественно, и я, и все мои друзья приложили максимум усилий, чтобы отметить его юбилей в Доме артиста. А он ответным визитом поздравил с юбилеем меня в ЦДЛ.

Он всегда казался крепким стариком. Держался молодцом. Легко опорожнял за встречу пару бутылок. И засыпал актерскими смешными съемочными и театральными эпизодами случайных людей, которых я иногда привозила в его дом.

Как и всех людей, проблемы здоровья не миновали его. А где проблемы здоровья – там везде оказывался и Ляпко.

Однажды Борис Петрович Химичев пожаловался, что «нога отстегивается».

Ляпко, только услышав о болезни народного артиста, тут же сорвался и направил автомобиль в Жаворонки его «спасать».

Химичев нас добросовестно ждал, пока мы преодолевали московские пробки. Готовил борщ и варил картошку. Тут надо отметить, что Борис Петрович баловал всех своих жен превосходной готовкою. Но мы тоже никогда с пустыми руками не приезжали.

Застолье превращалось в настоящий праздник.

Перед врачом и его командой с Украины Химичев расстарался! Гости никогда не слышали столько баек об актерской жизни. Николай Григорьевич в ответ тоже осмелел и даже принес из машины баян.

Так с песнями и хохмами мы раздели Химичева и, постепенно обматывая аппликаторами, уложили на теплые шкуры.

– Галя! Галя! – хохмил он, шутя подзывая супругу. – Я знаю, это группа захвата! Сейчас они меня обездвижат, Галя! И вынесут мебель!

– Да, мы специально привезли сюда Диму Халаджи, чтобы вы не оказывали серьезного сопротивления, – поддерживали мы.

– Ну что? Мешок на голову надевать будем? – произнес вполне серьезно Дима, держа наготове полиэтиленовый пакет.

А Николай Григорьевич, оценивая ситуацию, возразил, но тоже смеясь:

– Не сегодня.

Химичев в аппликаторах был очень активен. Впрочем, как и без них. Он «во все лопатки» подпевал баянисту и русские народные песни, и особенно украинские.

– Я никогда не видела его таким! – удивлялась Галина Васильевна.

За окном шел снег. А в этом уютном коттедже было тепло от шума и частушек Химичева.

Размотанный артист несколько поутих, но выглядит порозовевшим. Полюбившиеся колючки он просит оставить ему. И был рад подаркам, как ребенок!

Дальше – мануальный массаж. Николай Григорьевич рядом с Борисом Петровичем казался маленьким. Но массаж сделал профессионально.

– Вот! Точно! Вот здесь! Дави ее! – подсказывал наш «больной».

А после встал богатырем, окинул комнату гордым взглядом, в трусах, с очумелой прической – белыми кудрями, взлохмаченными после процедуры. Он был такой комичный и прикольный, что мы с восхищением любовались его «игрой». Мы подыгрывали ему – он нам:

– Ну что ж, я чувствую себя совершенно по-другому! Нет! Правда! Я вчера хромал. А сейчас вот я какой герой! Глядите! Иду! Нет! Правда!

Галя тоже смеялась. Смеялись ребята. Улыбался удовлетворенный работой и немного уставший Ляпко.

Наконец, Химичев спустился в подвал и достал сокровище – плакат фильма, где он играл Юрия Долгорукого. Для Димы.

А автограф обещал дать только после того, как вся наша компания заедет к нему еще раз!

После первого визита я много раз передавала ему аппликаторы.

Борис Петрович по утрам рассказывал в подробностях, как и на какое место прикладывал колючки. Как кашлял и вылечил «малышом» кашель. Как болела голова, и вылечил боль «краплинками». Как болела нога, и он «закатал ее валиком».

Через несколько лет не стало Гали. А еще через некоторое время и его. Но вот тот день, полный юмора и шуток, мы с теплом вспоминаем до сих пор.

Глава 26Аппликаторы и дельфины