Личные (гражданские) права и свободы человека и их охрана уголовно-правовыми средствами

Право на тайну сообщений в определенном смысле является составной частью личной жизни человека. Ведь письма, дневники, записные книжки и другие личные документы, принадлежащие конкретному человеку, нередко отражают его частную жизнь, его мысли, надежды, отношение к другим людям, содержат факты из жизни, огласки которых данное лицо не желает по каким-либо соображениям[445]. Поэтому ознакомление с личными документами, прослушивание телефонных переговоров и т. д. является противоправным вторжением в духовный мир человека, что наказуемо в уголовно-правовом порядке. Причем под уголовно-правовую охрану поставлено само право на тайну переписки, телефонных переговоров и т. д., независимо от того, содержатся ли в них сведения, составляющие личную или семейную тайну. Именно право каждого человека на тайну сообщений и является непосредственным объектом основного состава преступления.

Объективная сторона рассматриваемого преступления выражается в действиях, нарушающих тайну сообщений между адресатами. Речь идет о незаконно совершаемых действиях виновного, т. е. без ведома или согласия владельца информации либо без правовых оснований (решение суда, постановление следователя). Это может быть незаконное ознакомление с перепиской, почтовыми и телеграфными сообщениями, прослушивание чужих переговоров, ознакомление с информацией, поступившей по телетайпу, телефаксу и другим телекоммуникациям.

Состав по конструкции формальный, т. е. данное преступление считается оконченным с момента хотя бы частичного ознакомления с содержанием корреспонденции, подслушивания телефонных переговоров. Следует согласиться с А. Н. Красиковым, что если лицо нарушило правила доставки корреспонденции адресату, выразившиеся в неосторожном или умышленном ее уничтожении, например письма, то состава рассматриваемого преступления не будет. В таких случаях не нарушается обязанность по сохранению тайны связи. Подобные действия могут повлечь дисциплинарную или гражданско-правовую ответственность[446].

С субъективной стороны преступление характеризуется прямым умыслом. Виновный сознает, что нарушает тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых и телеграфных или иных сообщений граждан и желает этого. Мотивы и цели преступления могут быть самыми разными. Они не входят в состав данного преступления и, следовательно, не влияют на квалификацию содеянного.

Субъектом данного преступления может быть физическое вменяемое лицо, достигшее 16 лет.

В качестве иллюстрации можно привести пример из судебной практики.

Житель г. Ишимбая Аникеев, проживая в отдельной квартире, отличался крайним любопытством в отношении личной жизни своих соседей. Вынимая из почтового ящика присланные соседям письма, знакомился с их содержанием, а затем запечатывал и снова опускал в почтовый ящик. Сведения, почерпнутые из писем, Аникеев использовал для интриг против соседей. В действиях Аникеева содержатся все признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 138 УК РФ.

В ч. 2 ст. 138 УК предусматривается квалифицированный состав данного преступления. Квалифицирующих признаков два: 1) совершение указанных действий лицом с использованием своего служебного положения; 2) лицом, с использованием специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

К лицам, использующим свое служебное положение, относятся как должностные лица (например, работники правоохранительных органов), так и иные лица, использующие свое служебное положение (телефонисты, почтальоны, телеграфисты и т. д.).

Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» от 5 июля 1995 г. предусматривает круг оперативно-розыскных мероприятий, которые должны проводиться на законных основаниях. В их перечень входят: прослушивание телефонных переговоров; контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; снятие информации с технических каналов связи и т. д. Как уже отмечалось, в соответствии со ст. 8 Закона «проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционные права граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи… допускается на основании судебного решения и при наличии соответствующей информации»[447].