Личные (гражданские) права и свободы человека и их охрана уголовно-правовыми средствами

Федеральным законом от 20 марта 2001 г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод» ст. 8 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» дополнена новым положением, согласно которому «прослушивание телефонных и иных переговоров допускается только в отношении лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении тяжких или особо тяжких преступлений, а также лиц, которые могут располагать сведениями об указанных преступлениях. Фонограммы, полученные в результате прослушивания телефонных и иных переговоров, хранятся в опечатанном виде в условиях, исключающих возможность их прослушивания и тиражирования посторонними лицами»[448]. Эти положения воспроизведены и новым УПК РФ 2001 г. (ст. 13, 165, 186). Кроме того, УПК РФ 2001 г. предусматривает порядок наложения ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемку, а также порядок осуществления контроля и записи телефонных и иных переговоров (ст. 185, 186 УПК).

Самостоятельным квалифицирующим обстоятельством является использование лицом специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации. Специальные технические средства – это любые технические средства и приспособления, с помощью которых добывается информация о переписке, телефонных переговорах, почтовых, телеграфных и иных сообщений граждан. К ним относятся, например, кино– и фотосъемка, видео– и аудиозапись, лазерные подслушивающие приборы, снимающие акустические колебания с оконных стекол и др. [449]

В ч. 3 ст. 138 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за незаконное производство, сбыт или приобретение в целях сбыта специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации. В отношении ч. 3 ст. 138 УК позиции ученых разделились. Одни считают ее особо квалифицирующим признаком данного состава[450]. Другие полагают, что ч. 3 ст. 138 УК содержит признаки самостоятельного состава преступления[451]. Последняя позиция представляется более убедительной, поскольку объективная сторона данного состава качественно отличается от объективной стороны деяний, предусмотренных ч. 1 и 2 указанной статьи. Очевидно, что данный состав преступления более общественно опасный, о чем свидетельствует и более суровая санкция. По мнению Н. К. Семерневой, общественная опасность действий, указанных в ч. 3 ст. 138 УК, чрезвычайно высока. Специальными техническими средствами оснащаются чисто криминальные структуры, объединения и сообщества, входящие в понятие «организованная преступность». Для обеспечения заказчиков такой техникой работает большое количество незаконных производителей и поставщиков товаров из-за рубежа. С учетом сказанного, автор предлагает ужесточить наказуемость данного деяния и принять ряд мер экономического, организационного и политического характера для его предупреждения[452].

Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 138 УК, выражается в следующих действиях: 1) незаконное производство в целях сбыта; 2) незаконный сбыт или 3) незаконное приобретение в целях сбыта специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.

Производство специальных технических средств означает изготовление их любым способом (как промышленным, так и кустарным). Сбыт – это продажа, дарение, обмен на другие предметы, передача в счет покрытия долга или иные способы реализации специальных технических средств. Приобретение – возмездное или безвозмездное получение указанных специальных технических средств в целях их последующего сбыта.

Состав преступления по конструкции формальный, т. е. данное преступление считается оконченным с момента совершения любого из перечисленных в ч. 3 ст. 138 УК действий. В ч. 3 ст. 138 УК РФ дается исчерпывающий перечень способов совершения рассматриваемого преступления. Это значит, что хранение специальных технических средств без цели сбыта не образует состава преступления, а их использование для негласного получения информации охватывается ч. 2 ст. 138 УК РФ[453].

Субъективная сторона рассматриваемого состава преступления характеризуется прямым умыслом, на что указывает специальная цель – сбыт. Цель сбыта относится не только к приобретению специальных технических средств, но и к их производству. Эту позицию разделяют многие авторы. Так, по мнению Ю. А. Красикова, преступным является производство специальной аппаратуры с целью сбыта либо сбыт, а равно приобретение этой аппаратуры в целях последующего сбыта[454]. Аналогичного взгляда придерживается и В. И. Костырев. По его мнению, использование в законе термина «производство», а не «изготовление», предполагает не эпизодическое изготовление единичных экземпляров для негласного получения информации, а постановку дела на поток, т. е. налаженное производство, пользующееся устойчивым сбытом[455].