Лиссабон: девять кругов ада, Летучий португалец и… портвейн

Король решает отправить своих сыновей в опасную экспедицию. Для их участия в походе была еще одна веская причина: только отличившихся в сражении принцев можно было посвятить в рыцари, и повод для проявления мужества был подходящим. Около двухсот кораблей с 45 000 воинами отправились к марроканским берегам. Принц Энрике возглавил первый десант. Осада длилась менее суток, затем был проведен успешный штурм, и португальцы ворвались в город. Здесь возникла очень опасная ситуация, когда войско нападавших рассыпалось по улицам города. Мавры попытались нанести по португальцам неожиданный мощный удар. Но благодаря личному мужеству Энрике была одержана победа, Сеуту был взят, а сокровища берберов — захвачены.

Король хотел посвятить младшего сына Энрике ранее других своих сыновей в рыцари, отметив его выдающееся мужество. Но Энрике ответил на это, что старшие по летам должны быть первыми в почестях.

Впрочем, его старшие братья не сильно уступали ему в благородстве, талантах и отваге. Один из братьев отличился в области литературы, другой — путешествовал впоследствии по многим странам.

Кроме сокровищ материальных, от пленных была получена не менее ценная вещь — информация о том, что к югу от захваченного города находятся не менее богатые местности.

Так началось морское продвижение Португалии по расширению своего господства в мире. На север продвижение было затруднено — тут господствовали норвежцы, англичане, французы, с запада был океан. На юг же дорога была, казалось бы, открыта.

Неудачные попытки продвинуться к югу Африки, или Сила страшных легенд

Энрике погружается в организаторскую деятельность. Он пытается наладить путешествия португальских военных и торговых судов на юг вдоль берегов Африки. Но долгое время желающих отправиться в морское плавание даже за хорошее вознаграждение не находится. Моряки считают, что плавание туда грозит неизбежной гибелью в страшных мучениях.

Почему считалось, что за мысом Нон (то есть мыс «Дальше нет пути»; теперь называется Зеленый Мыс) морякам грозит верная гибель? Судя по всему, морские бывалые путешественники рассуждали вполне логично и здраво. Чем дальше от северных широт продвигались корабли по морским просторам на юг, тем сильнее становился зной, жарче палило солнце. Следуя логике людей того времени, резонно было предположить, что и при дальнейшем продвижении в том же направлении зной будет только усиливаться. Поэтому среди моряков ходило следующее поверье.

СТРАШНОЕ ПОВЕРЬЕ О КИПЯЩЕМ МОРЕ МРАКА

Южнее мыса Нон вскоре начинается «зеленое море мрака». Его зеленоватые волны притягивают магически к себе все корабли и не дают возможности морякам управлять кораблем, парализуя их волю. Вода на территории этого мрачного моря так сильно нагревается, что в конце концов начинает кипеть. Она пенится от невыносимого зноя, от нее поднимается горячий пар, который обжигает и закрывает все пространство от воды до неба. Гул стоит над морем, и время от времени вверх выбрасываются фонтаны кипящей воды. Но даже если не доплывать до этих кипящих волн, белым европейским морякам все равно придется очень плохо вблизи этого моря: их кожа потемнеет, и они превратятся в негров. А корабли нагреются до такой степени, что рано или поздно воспламенятся и их обугленные останки упадут в горячие волны.

И в эти легенды верили суровые мужественные люди, не раз смотревшие опасностям в лицо, испытавшие самые разные трудности морских походов. Они часто повторяли морскую поговорку: «Плавать в море необходимо, а стараться сберечь свою жизнь при этом не так уж необходимо». Но одно дело — преодолевать тяготы морского похода, цель которого понятна и пункт назначения известен. И совсем другое — пускаться в незнакомые дали, о которых авторитетные люди убежденно говорят, что там — верная и страшная гибель в огненной знойной стихии.

Сила «СМИ» в XV веке

Видя, что уговорить моряков отправиться в дальние походы пока еще проблематично, Энрике берется за дело с другой стороны. Он открывает специальные школы по обучению географии и навигации, поддерживает рост кораблестроения, особенно судов нового типа, создает обсерваторию, способствует совершенствованию картографического дела.