Литовское государство. От возникновения в XIII веке до союза с Польшей и образования Речи Посполитой и краха под напором России в XIX веке

Захват Трубчевска и Стародуба Димитрием сильно раздражил Ягайлу. Он решился отомстить московскому князю; но как? Отправиться в поход войною на него литовский князь не решился рискнуть: Ягайло считал себя бессильным сравнительно с московским князем; поэтому он стал ожидать удобного случая, и случай действительно не замедлил представиться. Как раз через год после этого против московского князя двинулся из Золотой Орды Мамай. Ягайло решился воспользоваться этим: он предложил помощь хану Золотой Орды, тот принял предложение, и в 1380 г., в конце августа, литовский князь, во главе 40-тысячного отряда, отправился к Дону, где должна была произойти битва между Мамаем и Димитрием Иоанновичем. Но литовский князь 50 верст не дошел до Мамая, когда узнал о его поражении. Рассказывают затем, что Ягайло, получивши известие о поражении хана, стал отступать с такою поспешностью, что как будто бы кто за ним гнался. Есть, впрочем, известие, что за Ягайлою действительно гнались русские, но не догнали его.

Таким образом, первая усобица в Литовском государстве, вследствие вступления на престол Ягайлы, была причиною потери сим государством значительной части Северской области.

Борьба Ягайлы с Кейстутом и Витовтом. Вслед за усобицею, произведенною в Литовском государстве Андреем Полоцким, началась усобица Ягайлы с Кейстутом и сыном сего последнего Витовтом.

Несмотря на то что Ягайло в получении великокняжеского стола более всего был обязан великодушию Кейстута, однако, племянник скоро стал тяготиться дядею и подозревать сего последнего в посяганиях на великокняжеский престол. Особенно Ягайло стал опасаться дяди, когда тот, после первой усобицы, начал принимать деятельное участие в управлении государством, часто ездить из Трок в Вильну. И действительно, Кейстут, будучи окружен особенным почетом и любовью со стороны литовского народа и пользуясь в это время безграничным доверием сего последнего, скорее представлял из себя великого князя, чем Ягайло, и племянник отлично понимал, что при жизни дяди ему придется играть второстепенную роль. Поэтому не удивительно, что Ягайло скоро задумал, как бы отделаться от Кейстута. К этому еще побуждали его и окружающие лица, особенно мать Юлиания, сестра Мария и муж ее Вайдыло. Последние двое, то есть Мария и Вайдыло, более всех были недовольны Кейстутом за то, что тот не одобрял их брака или, лучше, за то, что Мария вышла замуж за Вайдылу. Дело вот в чем: Вайдыло был сын Ольгердова холопа. Ольгерд еще при жизни своей взял этого парубка к себе и сделал его сначала хлебопеком, а потом прислужником в спальне. В последней должности Вайдыло вошел в такую милость князя, что тот дал ему в управление г. Лиду. По смерти же Ольгерда Вайдыло еще более возвысился: он сделался любимцем всего семейства покойного князя и, наконец, с согласия Юлиании и Ягайлы, вступил в брак с дочерью Ольгерда Мариею, бывшею прежде замужем за каким-то удельным князем Давидом. Старому Кейстуту очень не понравилось, что его родная племянница отдана была за холопа. В этом браке Кейстут видел унижение княжеского рода и оскорбление его чувства; такого удара старый Кейстут не ожидал для своего самолюбия. По этому поводу трокский князь не раз укорял и Юлианию, и Ягайлу, и Марию. Отсюда-то, по словам летописцев, и пошел сильный раздор в самом княжеском семействе, а это последнее еще более укрепило в мысли Ягайлы отделаться от старого дяди каким бы то ни было способом.