«Любимые, ждите! Я вернусь…». Фронтовые письма 1941–1945 гг.

Юленок, пиши мне сейчас почаще. Именно в эти дни, важно больше общаться с с тобой. Это придает силы. Но кроме того, письмо, хоть не надолго будет отвлекать меня от этой обстановки. Да, могу тебе сообщить, что вчера был представлен вновь к награде. Как вернулся из драки, так замполит и объявил: «Вы представлены к правительственной награде». Я не спросил к какой, так как не до того было. Но факт. Когда получу – сообщу. Тогда будешь считать это факт совершившимся. А пока важно одно, что боевой труд ценят…

Ну, моя любимая – пока всего-всего хорошего. Следующие письма будешь получать уже с чужой земли. Это последнее – написанное на нашей советской земле…

Пишу на трофейной бумаге и трофейный конверт.

В.

27.07.1944 г. …Пишу тебе из глубины Польши. Километров 120 мы прошли с боями ее территории. Фриц удирает – едва ноги уносит. На пути бросает машины, технику и даже ворованных кур и гусей битых. Мы тоже не имеем ни отдыху, ни срока. Едва догоняем. Догнав, бьем. Пока одних бьем, другие удирают. А дорога пыльная, жара стоит. Дорожка – будь-будь. Вчера в бою, едва уцелел. Спасли часы и перочинный нож. Они лежали в правом грудном кармане гимнастерки. Фриц бросался солидными снарядами. А снаряды, правда, далеко не все сохранили способность рваться, так вот (нрзб.) от снаряда и стукнул меня по карману. Часы – вдрызг, нож сломало и погнуло, карман вырвало, кой-какие бумажонки лежали в кармане по ветру пустило. Ну и конечный результат. Синяк на груди в блюдце величиной и ни одной царапины. Но главное – гимнастерку безнадежно испортил. Сегодня менять придется. Да, еще один зуб у расчески выломался. Часы и нож, я и подбирать не стал. Так искорежил эти вещи мерзавец. Ну, а в остальном… все хорошо – все хорошо! Сейчас, как только допишу письмо, так в путь. Теперь уже – своих догонять буду. Ушли вперед.

Население Польши встречает нас исключительно. Выйдут к дороге «пани и паненки» с хлебом, яйцами, молоком, ягодами, холодной водой и прочей снедью. Не редко цветами встречают. Чувствуется, что натерпелся народ от немцев – достал.

Все спрашивали: А не пойдут Герман до нас – что мови пан? Ну конечно успокаиваем, как можем. Изъясняемся на каком-то русско-украинско-польском жаргоне, с солидной дозой мимики. Короче говоря, успех боевой – исключительный. Если так дело пойдет, дней через 6–7 на Висле будем, а там и до Германии рукой подать. Бледный вид у фрицев стал и у многих горизонтальное положение. Вот так у меня дела…

Ты спрашиваешь, долго ли нам еще тосковать друг о друге? Нет, тысячу раз нет. Смотри какие события развертываются в фашистском логове. У этой сволочи сейчас не два, а целых три фронта. К нашему и Западному добавился еще внутренний! Не могут они долго выдержать продолжения своей авантюры. Наступит край, а с ним конец войны, а следовательно мой приезд домой. Таковы самые вероятные выводы. Так что срок не может быть большим. Ну, а раз так, то тебе задание – готовь литр водки, чем-нибудь накрой и пусть все стоит до моего приезда…

12.08.1944 г. Мои дорогие, любимые женок и дочурки!

Вот уже 10 дней, как я не имел возможности взяться за карандаш и хоть коротко подать о себе голос. Обстановка такова, что могу только думать о вас, мои любимые, и делать это очень часто. Стараюсь все время держать вас около себя, согреваться и хоть несколько успокаиваться вашей любовью.

Почему так? Да, просто потому, что я на так называемой «Малой земле».

Ты, Юлик, наверное, не раз читала в газетах описание малых земель. Это небольшой пятачок земли, отвоеванной нами на правом берегу Вислы, зацепившись за который и, расширяя его, мы делаем все то, что обеспечит нам дальнейшее движение вперед. Но, пока все это делается, идет время, а фрицы используют это время для того, чтобы создать нам на этом пятачке ад, перед которым ад, изображенный Дантоном[61], кажется уютным местечком…

…Все время, как только есть минута для того, чтобы отвлечься от боевых дел, так все мои помыслы только с Вами… Вот временами, закрою глаза и вижу тебя, дочурок, да такие все хорошие, ласковые, улыбаетесь мне. Посмотрю на вас и легче станет, бодрость добавляться. Пишите мне сейчас почаще…