«Любимые, ждите! Я вернусь…». Фронтовые письма 1941–1945 гг.

У Саухина М.Д. осталось 3 дочери (3‑я – Маргарита – родилась в феврале 1942 г.). У каждой по 2 сына, и ни у одного из них не было деда: погибли в годы войны в боях с врагом.

Ф. М-33. Оп. 1. Д. 171.

Свиридов Анатолий – погиб 10 апреля 1944 г. Больше о нем ничего не известно. После смерти его жены письма прислала родственница (по просьбе умершей).

21.05.1943 г. Моя родная Марина!..

…Я стал иногда писать реже… но не потому, что стал забывать тебя, а потому что почти нет дня этого никакой возможности. От тебя стал получать письма пачками… и это меня радует и приподнимает мое настроение, что прибавляет во мне смелости и решительности.

Я знаю, что у меня есть моя милая, родная мордашка, которая любит меня, ждет меня и живет для меня.

Я тебе верю, я убежден, что ты только ждешь меня и больше никого не любишь. Как мне страстно хочется сейчас снова побывать хоть немножко с тобой, потрепать по милым моим щечкам, расцеловать свою кулесую[76] мордашку…

Нахожусь все время на фронте. Фрицев бьем, и будем бить еще крепче. Нужно с ними, с дьяволами быстрей рассчитываться…

…Я тебя никому не отдам, всюду тебя найду. Помни моя радость, только обо мне и жди меня, возможно вернусь… Для меня писать письмо тебе это тоже счастье, мне кажется, что я в это время разговариваю с тобой и ты меня слышишь. Кончаю, фриц стреляет, надо унять сумасшедшего больного…

Твой верный муж Анатолий.

07.08.1943 г. …Сколько радости и любви ты доставляла и доставляешь для меня. Мое ты счастье!.. Если мне придется погибать, то слова последнего моего обращения будут направлены на тебя. Верь мне и жди меня как бы это долго и тяжело тебе не было. Я верю, что мою любовь ты грязь не втопчешь…

Мы с тобой никогда не разлучимся и будем вместе счастливы. Но для этого нужно обоим иметь терпение и мужество: мне на фронте, тебе в тылу. И ради нашего счастья и любви у нас этого терпения хватит.

…Рассчитываю на старое счастье совместной жизни…

Будь такой, какой я знал тебя раньше…

Твой Анатолий.

12.11.1943 г. Родная Маринка!

Получил от тебя три письма сразу отлегло от сердца. Одно меня беспокоит твое состояние. Прошу, Мариночка, быть хладнокровной и спокойной. Ты знаешь тебе расстраиваться вредно. Ведь мы скоро с тобой встретимся, и хочу тебя видеть, моя родная крошка, такой, какой ты была. Жизнерадостной, полненькой и счастливой. Легче переживай трудности, не обращай внимание на глупые склоки. Работаешь ты хорошо, тобой довольны, а остальное ерунда. Ты пишешь, чтобы я тебе честно признался о тех изменениях, которые имеются у меня к тебе. Изменения конечно есть. Первое – это – то, что я гораздо больше и крепче стал тебя любить. Второе – страшно соскучился и очень хочется как можно скорей увидится. И третье – я никогда с тобой не расстанусь, если конечно буду жив. Вот в основном и все. Посылаю тебе свою фронтовую карточку, правда неудачную, но ничего я почти не изменился как был, только больше стало седых волос. Но, думаю все равно не разлюбишь. Мариночка не обращай внимания, что редко пишу, не позволяют условия. А скоро придется писать реже, так что не обращай свой гнев и не беспокойся.

Не обижайся и за то, что иногда пожурю тебя. Это от тоски и главное от сильнейшей любви…

Пиши как можно чаще… Твой верный друг и муж Анатолий.

26.02.1944 г. Моя родная Мариночка!

…Я снова совершенно здоров и нахожусь в строю. За боевые дела награжден 2‑м орденом Красного знамени. Пишу редко потому, что не всегда представляется возможность. Сейчас целиком заняты очищением Советской земли от гитлеровской дряни. Бьем их беспощадно ночью и днем. Спешим скорей прижать свои истерзанные сердца к теплым грудям своих родных и любимых.

Как мне хочется скорее увидеть тебя. Пишу перед разгромом очередного великого боя. Благословляй на успех.

Привет всем, всем. Целую. Твой Анатолий.

Скоро великий бой. Пиши.

Ф. М‑33. Оп. 1. Д. 398.

Тайц Константин Манкелевич – 1927 г.р. На фронте с 17 лет с 1943 г. Закончил войну под Кенигсбергом. Ранен 1.11.1944 г. в левую руку.

14.07.1944 г. Дорогие родные!.. Будете мне писать, то я вам посоветую особо (не в обиду писано) …не очень-то расписываться и не о чем не спрашивать. Обо всем, что можно сообщить, я вам сам сообщу… Живу хорошо. Ни в чем не нуждаюсь. Ем вдоволь, а сплю когда как. Но не тужу. Прогулки делаю каждые сутки от 35 до 50 км днем и ночью.

…Получив это письмо, можете не очень-то волноваться.

…Сколько сот километров уже прошел, а никак догнать не могу фрица. Ох, и бежал же здорово. Писать больше нечего.

29.07.1944 г. Здравствуйте родные!

Писать нечего и охота немного вздремнуть. Пишу только из-за того чтобы вы не беспокоились.

Я жив, здоров. Вообщем все хорошо. Привет вам.

Сын Костя Тайц. 29 июля 1944 г. Жду ваших писем.