«Любимые, ждите! Я вернусь…». Фронтовые письма 1941–1945 гг.

Не нужно, конечно, думать, что немцы к нам изменились все, как один. Если наши попадаются в плен, то пленных они расстреливают и есть даже случаи диверсий, поэтому полного доверия к немцам мы иметь не можем. Одно важно, что немцы поняли, что с Красной Армией воевать нельзя.

Теперь насчет наших дел. Сегодня тебе выслал краски акварельные. Хотя ты ими и не работаешь, но я думаю, что если у тебя есть желание, то ты к ним должна привыкать. Карандашей пока не нашел. Вместе с красками еще кое-что послал…

…Пиши. Целую. Как ваш огород и как вы добиваетесь продуктивности от Марьяшки? Пиши.

Твой папа.

26.04.1945 г. Добрый день дорогие мои! Нахожусь в самом логове фашистского зверя.

Идет борьба за каждый дом, за каждый сад всеми способами: с воздуха, с земли и из-под земли. Кольцо вокруг засевших фашистов все больше и больше сжимается. Вышли на самый короткий фронт реку Шпрею, разделяющую Берлин на две части.

Вопрос о разгроме этой группировки будет разрешен за несколько дней. С союзниками уже соединились. Над многими большими зданиями реет красный флаг. Скоро этот флаг будет водружен над Рейхстагом.

Гражданское население лопочет: «руссиш солдат гут». Правда среди них встречаются переодетые солдаты немецкой армии, которых приходится вылавливать.

Всех крепко целую.

Василий.

2.05.1945 г. Берлин

Дорогие мои!..

Хоть и поздно, но поздравляю с водружением победного знамени над Берлином. Сегодня утром получили приказание прекратить операции против немцев. И вот сейчас немцы выкатывают свои самоходки, танки. Пушки для сдачи нам.

1‑е мая мы встречали под гул орудийной пальбы и густого снайперско-автоматного огня, отвоевывая подвал за подвалом, квартал за кварталом. Конечно, как и полагается, выпили и получили хороший обед. Отдыхали в подвалах.

Должен вам признаться, что за отсутствием более удобной жилплощади и по случаю тесноты, мне пришлось отдыхать в подвале в цинковом гробу. Здесь, очевидно, был склад с соответствующим оборудованием для фрицев отправляющихся на тот свет. Отдыхать было удобно, но после отдыха я обнаружил, что фрицы и на тот свет отправляются с эрзацем. Так подо мной оказались костюмы из бумаги, в которые одевают умерших фрицев. Оказывается и на последнем этапе без эрзаца они не обходятся.

Наши последние операции еще раз доказали трусость и паникерство немецкой «расы». Они настолько ударились в панику, что растеряли своих детей. Наши бойцы подобрали одного мальчика 4 лет, накормили его, умыли, а потом хотели передать немцам. Но вот затруднение – ни к кому он не идет. Случайно обнаружили его мать, вернее он сам ее увидел, и тогда передали ей.

Сейчас стрельба прекратилась и немцы сразу показали свои «гордость, самолюбие и заносчивость». Они группами ходят и просят у бойцов хлеба или что-нибудь покушать. Даже научились говорить по-русски слово «хлеб». Сейчас они ходят, заискивающе улыбаются, кланяются и попрошайничают. Наши бойцы и здесь показывают свою русскую натуру – они отдают все что можно, чтобы накормить голодающих.

Теперь о самом Берлине. Действительно союзники поработали на совесть, и о его разрушениях впечатление остается как о Сталинграде. Целые улицы на протяжении 3–4 км разрушены до основания, так что немцам останется очень долгая память по его восстановлению. Таким образом, конец войны близок. Говорят, что Геббельс и Гитлер застрелились. Жаль, что не попались в руки живьем. Ну ладно, собаке собачья смерть…

Всех крепко целую.

Папа.

15.05.1945 г. Итак, дорогие друзья!

Поздравляю вас с окончанием войны. Правда, опять с опозданием, ну ничего удивительного тут (ничего) нет. Вы мне и на этот раз простите. Немного странно кажется – не слышно канонады артиллерии, нет рокота пулеметов и автоматов, не видно артиллерии. Но теперь начинаем привыкать к порядкам мирного времени. Это тоже странно. Занятия строго по расписанию – всякого рода требовательность, подтянутость.

Немцы тоже повеселели. Они довольны, что больше нет войны. Последнее время им было очень туго. Сейчас они очень часто толпятся вокруг нашей кухни, когда обедают бойцы, и с радостной улыбкой идут, если им удается получить остатки супа или хлеба, а это бывает очень часто. Наши бойцы уже забыли свою злобу и с удовольствием делятся с голодающими немцами. Немцы уже научились многие слова произносить по-русски и в первую очередь слова: «хлеб, папиросы, табак». Особенно много ребятишек бегает за бойцами. Этот народ интернационален и повадки у них у всех одинаковые. Кто поменьше, лезет на руки, а кто побольше – занимается шалостями или старается в чем-либо помочь. А в общем жизнь настала однообразная и, пожалуй, немного скучная. Живем событиями из газет и письмами…

Теперь будем ждать событий международного масштаба, которые решаются в Сан-Франциско и на Дальнем Востоке.

Жду от вас писем. Всех крепко целую.

Василий.

Ф. М-33. Оп. 1. Д. 66.