«Любимые, ждите! Я вернусь…». Фронтовые письма 1941–1945 гг.

Ваш сын и брат.

15.05.1942 г. …Учтите, что у меня теперь нет возможности Вам часто писать. Все находимся в движении. Непосредственно участвую в уничтожении гадов фашистов. Победим, опять вместе будем строить новую хорошую жизнь. Из Кустаная и Алма-Аты часто получаю письма. Нового у меня ничего нет. Жив здоров. Очень скучаю за Вами. Папке: Не горюй, крепись, следи за собой, победим гадов фашистов. Опять будем хорошо жить. Если будет задержка с письмами, то не волнуйтесь, так как не имею возможности так часто писать как раньше. Целую всех много, много раз. Ваш сын и брат.

Привет все знакомым.

Ф. М-33. Оп. 1. Д. 420.

Демьяненко Ксенафонт Тихонович – 1908 г.р., родился в г. Киеве. В семье родителей было 6 детей. Был замполит. артполка. Полковник. Имел два ордена. Погиб в феврале 1945 г. в боях за г. Инайдемюль – слепое ранение в голову осколком. Место захоронения семья не знает.

17.09.1944 г. [Из письма сестре]. Новгородская область.

…Тихие, солнечные дни золотой задумчивой осени сегодня меня застали на энском полустаночке между городами Старая Русса и Дно.

Сегодня утром был на станции Старая Русса. Вблизи станции город, перенесший напряженные бои. От города остались сплошные развалины (жителей в нем почти нет). Земля глубоко взрыта воронками, от парков и садов остались торчащие сухие остатки.

Город Старая Русса – это вторая Вязьма на моем пути. Скоро, очевидно, буду в Пскове, затем в Эстонии…

15.01.1945 г. …Вот уже два дня мы участвуем в больших боях на земле Польской… Мы идем на Берлин, и мы в нем будем. Это лишь вопрос времени. Это очевидно уже всем… Через несколько минут я снова вместе со своими боевыми товарищами буду двигаться вперед на Запад!..

Ф. М-33. Оп. 1. Д. 514.

Доронин Дмитрий Сергеевич – 1904 г.р., Смоленская обл., Старая Буда. Работал на Горьковской ж/д. На фронте с апреля 1942 г. Подполковник танковой бригады. Погиб 17.08.1943 г. Письма жене – 48 шт.

12.04.1942 г. Здорово моя милая Асюшка…

Вчера случился казус встретился с Агибаловым, выпили и на поезд опоздал буквально на 1,5 мин., а поезд как на грех ушел по расписанию точно. Вчера имел мягкое место до Куйбышева, а сегодня только общий вагон, просто досадно, но ничего доберусь как-либо. Ты у меня самая хорошая радость. Москва так же величественна и красива как и прежде и такой город хотели испоганить фашистские бандиты. Нет не бывать этому. Хожу я по нашей Москве и думаю, решил я пойти в самое боевое время и, если мне придется, я буду биться с врагом жестоко до последнего своего дыхания. Разумно буду биться. Я приложу все свои силы, способности и красноречие, чтобы и другие воины бились бы с таким же остервенением. Но если погибну, тогда ты в последствии проведешь наших ребятишек по тем местам нашей Москвы, где ходили мы с тобой вдвоем, и расскажешь им за что бился их папа, но это просто к слову. Я буду биться за жизнь. Между прочим я даже горжусь, что я именно сейчас опять одену серую шинель и стану снова бойцом. А еще, что я тебе хочу сказать, моя радость. 10 лет мы с тобой прожили не плохо, дальше будем жить лучше, гораздо лучше. Мы будем жить так, то ни тебя ни меня ничего ничто не будет волновать, ты это умеешь делать, а я тоже научился. Трудна мне далась эта мудрая наука, но я одолел ее, научился уважать свою любовь.

Ну бывайте все здоровы. Любящий вас ваш папусик и Димусь.

Сейчас молодые наши ушли и я остался один. Скучно. Завел патефон играю свою любимую «Тучи над городом встали», но все рано скучно, а с тобой бы совсем не было скучно. Сейчас играет «Любимый город» песня созвучная моему положению.

14.04.1942 г. Милая моя Асюшка…

Под размеренный перестук колес рвущегося вперед поезда я вспоминаю, как 10 лет тому назад ты так же мчалась в поезде в чужой и незнакомой город. Ты везла горячую любовь, жажду встречи и хорошей, красивой совместной жизни. Сейчас я смотрю на часы и думаю, приближается тот час, когда ты таинственно и робко постучала в окно чужой и незнакомой для тебя квартиры. С этого и началась наша совместная жизнь.