Любовь (не) делится на три (СИ)

Тело то напрягается, то срывается, отпущенной пружиной. Задыхаюсь, не могу надышаться, живу его движениями. Мне мало, и в то же время слишком остро. Рассыпаюсь на частички, чтобы собраться вновь для него.

— Больше не могу сдерживаться, прости, ты слишком хороша, — Вадим наклоняется, припечатывая меня своим телом, несколько сильных толчков и я чувствую горячий поток, стекающий по бедрам.

Вместо ответа, нахожу его губы. Демонстрирую без слов, что я и сама успела получить удовольствие.

— Это было отличным аперитивом.

— О да… Мой аппетит лишь разыгрался, — шлепает меня по ягодице и ненадолго отпускает. Но только для того, чтобы избавиться наконец от одежды.

Рубашка и брюки летят на пол. Вадим подхватывает меня на плечо, несет в сторону ванной.

— Эй, что за варварский метод передвижения? — игриво протестую.

— Теперь нам обоим необходимы водные процедуры. И ты обещала мне пенный тонизирующий массаж…

Задеваю носком туфли его пах и с удовольствием замечаю, что тонизировать ничего не придется. Суржевский снова в боевой готовности. Значит, нам предстоит долгое удовольствие.

Ванна уже наполнена, по краям расставлены ароматические свечи. Я не слишком романтична, но для него постараюсь стать такой.

Вадим осторожно опускает меня на пол. Смотрим друг другу в глаза, так много хочется сказать. Но молчим.

— Люблю тебя, — прерывает тишину. Этого достаточно, большего и не нужно.

Но наша магия растворяется от громкого звонка моего телефона.

— Не хочу отвечать… Но придется сбросить вызов, залезай в воду, я сейчас. Целую его, стараясь передать свое нетерпение и быстро отстраняюсь, чтобы убежать.

Он хмыкает. Слышу плеск. Значит, Вадик уже весь в ароматной пене. Хочу к нему, но нужно выключить звук, мелодия звонка не настраивает на романтику.

Нахожу телефон в прихожей, бросаю мимолетный взгляд на экран. Ох… этот вызов взять придется… Релакс с любимым ненадолго откладывается.

— Алло?

— Адель, привет. Надеюсь, не отвлекаю.

— Нет, — вру.

— Нам нужно встретиться как можно скорее.

— Зачем?

— Хочу поговорить.

— По телефону нельзя?

— Нет… пожалуйста, я не займу много времени.

— Хорошо. Когда? — смотрю на календарь, висящий на зеркале.

— Я уже у твоего нового дома.

— О…

— Скажи номер квартиры… видимо, я ошиблась. Звоню, но никто не открывает.

— Тебе придется немного подождать. Я собиралась принимать ванну…

— Хорошо.

— Я выйду на парковку, — пускать Марию домой нет никакого желания. А знакомить с Суржевским тем более.

— Эм… ну ладно. Номер и марку машины помнишь?

— Найду.

Вздыхаю, откладывая мобильный. Могла бы приехать чуть позже… но нет.

— Кто звонил?

— Э… — врать не хочется, но и говорить правду тоже. Вдруг Вадик запретит мне идти на встречу?

— Игорь? — напрягается.

— Нет.

— Подруга. У нее сложная жизненная ситуация… в общем, ей нужна моя помощь.

— Деньги? Сколько? Возьми мою карту, там есть.

— Нет… у женщин все проще. Нужно выслушать ее проблемы.

— Ясно. Пусть приезжает. Могу провести сеанс, — Вадим смотрит на меня недоверчиво.

— Она уже здесь, — опускаю глаза. Ситуацию усугубляет то, что я стою перед ним полностью обнаженная, и он может прочитать меня как открытую книгу. Хватит профессионального мастерства. Да и врать я не умею. Хотя из всего вышесказанного я обманула лишь в том, что Маша — моя подруга. Мы никогда не были близки. Крестной для ее дочери стала только по просьбе Федора Алекссевича. Ну и Игорек, конечно же, был крестным отцом. Так что деваться некуда, пришлось.

— Эм.

— Нет, я не собираюсь сейчас пускать ее к тебе домой. К тому же ты устал. Я быстро выполню функцию «жилетки» для ее слез и стенаний, а потом прибегу обратно. Как раз отмокнешь хорошенько, — пытаюсь шутить.

— А с этим что делать? — показывает глазами на свой «поплавок», активно виднеющийся из пены.

— О, тебе с этим ничего не надо делать. Я сама о нем позабочусь, — наклоняюсь к Суржевскому и шепчу на ухо то, что должен слышать исключительно он.

— Ладно, уговорила. Но только быстро. И с тебя массаж, детка… не отвертишься.

— Обещаю, вода не успеет остыть, а я уже вернусь.

Быстро накидываю спортивный костюм, переобуваюсь в кеды и, прихватив телефон, выбегаю в подъезд.

— Твою мать, чуть не забыла! — вижу в отражении кабины лифта ошейник. Не слишком подходящий аксессуар для разговора, особенно несочетаемый со спортивным стилем. Маша не дура и сразу поймет, чем я занималась. По розовым щекам, довольному лицу и… кожаному чокеру.

Поспешно освобождаю шею и запихиваю провокационное украшение в карман штанов. Вот так. Теперь все хорошо.

32

Машина Марии стоит в самом конце парковки. При виде меня девушка выскакивает с водительского и машет мне.

— Привет.

— У тебя дома кто-то есть? Будем общаться тут?

— Маш, давай к делу, — обрываю поток вопросов. Моя личная жизнь явно не касается темы, по которой мы здесь сегодня собрались.

— Хорошо, извини.

Делает паузу, собираясь с мыслями.

— Пожалуйста, забери заявление из полиции.

— Правда? — вопросительно смотрю на нее, подняв брови. — И почему я должна сделать это? Преступника же еще не нашли… вернее, почти доказали, что во всем виноват Игорь.