Читаем Любовные страсти старого Петербурга. Скандальные романы, сердечные драмы, тайные венчания и роковые вдовы полностью

А затем в ее жизни возникает Владимир Ленин. Арманд появилась в жизни Ленина, когда он был почти в полном одиночестве. «Его жестокость, цинизм и то, как он строил отношения в партии (особенно касательно финансов), отдалили от него многих людей, бывших ему когда-то близкими. Ему остались верны лишь Каменев и Зиновьев. И, конечно, Надя», – отмечает Ританна Армени.

Инесса не может не замечать в Ленине политическую страстность на грани одержимости. Но ей кажется, что сквозь нее проглядывают мягкость и неожиданная нежность. Ленин и Арманд становятся соратниками, теперь, что бы ни происходило вокруг него, он никогда не упускает из виду Инессу. Она познакомилась с Крупской, и они, хоть совершенно разные, скоро стали подругами. Их дружбу усиливала любовь бездетной Нади к детям Инессы. «В маленькой парижской квартирке, где жили Ульяновы, две эти женщины проводят дни напролет, занимаясь партийной работой: Надя поддерживает связь с Россией, Инесса – с европейскими социал-демократами».

Между Лениным и Крупской нет любви, их союз построен на общем деле. Они ценят и уважают друг друга. «У Нади четкое представление о своем браке: революция нуждается в Ленине, а Ленину нужна женщина, товарищ, которая бы помогала и поддерживала его; а чем же его отличается пролетарский брак от буржуазного союза, если не тем, что прежде всего супруги вместе работают и борются за социализм?» – считает автор книги.


В.И. Ленин и Н.К. Крупская: союз, построенный на товариществе


В Инессе Ленин видит полезный для партии кадр – особенно тогда, когда значительная часть соратников отвернулась от него. И не ошибается: она оказывается талантливым организатором, проводником идей Ленина. Но помимо воли (а она у вождя была железной, и он считал, что в борьбе за общее дело нет места любви) Инесса все больше притягивает его именно как женщина. Он очарован ею, не может оторвать от нее глаз, но даже самому себе не может признаться в этом неведомом ему чувстве. Инесса отвечает взаимностью, хотя это и не та страсть, которую она испытывала к Владимиру Арманду.

Впрочем, окружающие не могут не заметить, что Арманд и Ленина связывают вовсе не такие же товарищеские чувства, как с Крупской. Надя делает вид, что ничего не замечает, потом, когда это становится невозможным, ничего не обсуждает и ни на что не претендует. «Она прямо спрашивает Ленина, нужно ли ей освободить место, развестись с ним, чтобы он смог открыто любить Инессу. А Ленин, не задумываясь, отвечает, что делать этого не надо, на это нет никаких причин. И она остается рядом с ним – несчастная, молчаливая и непреклонная», – отмечает Ританна Армени.

Арманд не испытывает по отношению к Крупской ни чувства вины, ни соперничества. «Ее личная жизнь отличалась свободой и нонконформизмом… Она считает, что бороться за революцию означает бороться против условностей общепринятой морали». Как ни странно, Арманд и Крупская остаются подругами и товарищами: у них есть общее дело – борьба за свободу женщин.

В 1912 г. Арманд отправляется «ленинском эмиссаром» в Петербург и… на полгода оказывается в тюрьме. Ее спасает Александр Арманд: платит за нее огромный залог, срочно продав целый участок леса. Инессу освобождают до суда, и она бежит из России – к Ленину. Любовь вспыхивает снова. Они даже не пытаются скрывать ее. Но вскоре Ленин опомнился: он объявил Инессе, что их отношения опасны, наносят вред партии, компрометируют его лично. И потому не могут продолжаться. «Нельзя иметь две страсти», – сказал ей Владимир Ильич. Он боится, что любовь навредит делу революции, которая «требует сосредоточения, напряжения сил».

В декабре 1913 г. она уезжает в Париж, а в январе 1914-го пишет Ленину письмо, которое так и не отправила. Послание, полное любви и боли, долгие годы лежало неизвестным в партийном архиве в Москве и обнаружено историками только в 1992 г. «Я бы и сейчас обошлась без поцелуев, только бы видеть тебя, иногда говорить с тобой было бы радостью – и это никому бы не могло причинить боль. Зачем было меня этого лишать?» – вопрошает Инесса Арманд.

В то же время Ленин, объявив Инессе о разрыве любовных отношений, вовсе не собирается терять ее как партийного товарища. И она фактически подчиняется ему. Более того, нередко выполняет самую неблагодарную работу. В то же время она чувствует, что мужчина, оттолкнувший ее, тянется к ней, хочет, чтобы она была рядом. Но ей не нравится та роль, которую отвел ей Ленин, и она отдаляется от него. Ленин начинает извиняться: «Я знаю, я причинил тебе сильную боль».

И все же в конце лета 1914 г., Арманд, Ленин и Крупская снова начинают жить вместе – на этот раз в Швейцарии. Но все уже не так, как прежде. Жизнь втроем доставляет всем неудобства. «И еще ее бесит едва скрываемое любопытство товарищей, которые снова видят их втроем и задаются вопросом, в каких она сейчас отношениях с Лениным», – отмечает автор книги.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всё о Санкт-Петербурге

Улица Марата и окрестности
Улица Марата и окрестности

Предлагаемое издание является новым доработанным вариантом выходившей ранее книги Дмитрия Шериха «По улице Марата». Автор проштудировал сотни источников, десятки мемуарных сочинений, бесчисленные статьи в журналах и газетах и по крупицам собрал ценную информацию об улице. В книге занимательно рассказано о богатом и интересном прошлом улицы. Вы пройдетесь по улице Марата из начала в конец и узнаете обо всех стоящих на ней домах и их известных жителях.Несмотря на колоссальный исследовательский труд, автор писал книгу для самого широкого круга читателей и не стал перегружать ее разного рода уточнениями, пояснениями и ссылками на источники, и именно поэтому читается она удивительно легко.

Дмитрий Юрьевич Шерих

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее