Люди и фантастические цивилизации

На самом деле, вполне возможно, что Эдгар По описал, перенеся его на вымышленный остров, полуприродный-полуискусственный каменистый лабиринт, где он проходил свое великое магическое посвящение. Не находится ли в действительности это необычайное место, к примеру, в Аппалачских горах, которые Эдгар По так хорошо знал? Последняя глава, которая называется «Предположения Артура Гордона Пима», представляет собой настоящее откровение. Здесь мы находим расшифровку двух восточных формул, относящихся к последовательному расположению «шахт» лабиринта, который господин Пим обнаружил на острове Тсалал:

«Если сложить вместе рисунки 1, 2, 3, 4 и 5 в том порядке, в каком располагаются сами шахты, и исключить небольшие второстепенные ответвления и дуги (которые служили, как мы помним, только средствами сообщения между основными камерами), то они образуют эфиопский глагольный корень, то есть „быть темным“; отсюда происходят слова, означающие тьму или черноту… Верхний ряд знаков, вероятно, представляет собой арабский глагольный корень, то есть „быть белым“, и отсюда все слова, означающие яркость и белизну» (По Э. Стихотворения. Проза. — М: Худ. лит., 1976. — С 808-809 — Серия «Библиотека всемирной литературы». Т 101. — Прим. пер.)

Эдгар По, должно быть, принял ритуальное посвящение, в котором большое место занимали черная и белая составляющие, конкретизирующие две космические полярности — положительную и отрицательную, сияющую и сумеречную…

Во времена Ренессанса один монах-доминиканец по имени франсиско Колонна (Francisco Colonna) написал очень красивое и весьма любопытное произведение «Сон Полифила». Герой этого произведения, Полифил (по всей, вероятности, сам автор), проходит в подземном лабиринте разные этапы ритуального посвящения. Последним этапом становится освободительное озарение — то, которое означает превращение плотской любви в божественный Эрос. Эта стадия инициации проходила в храме Венеры и заключалась в союзе с Королевой «Eleuthorillide». Подземные тайны магической любви, чудотворно преображенной, способны триумфально провести посвящаемого через «лес символов». Наверное, будет полезно процитировать здесь прекрасный комментарий ко «Сну Полифила», которым открывается «Путешествие на Восток» Жерара де Нерваля: "Подражая целомудренной любви верующих в Венеру-Уранию, они приняли твердое решение жить порознь на этом свете, чтобы соединиться после смерти, и — странная вещь все было сделано в рамках христианской веры, которую они дополнили этим языческим обетом. Приходилось ли им пробираться сквозь таинственный сумрак, чтобы попасть к матери всех созданий Универсальной Природы Исиде с вечным покрывалом, с меняющейся маской, к Исиде, держащей в руке символ жизни — крест в форме буквы "Т", увенчанный петлей, а на коленях — младенца Гора, спасителя мира…"

Вовсе не по воле случая Черные Девы, такие, например, как одни из самых знаменитых — в Шартре или в аббатстве Святого Виктора в Марселе, — постоянно встречаются в криптах: ведь эти христианские статуи всегда являются «наследницами» дохристианского культа Божественной Матери…

Спускаться в недра земли значит подвергать себя ужасным опасностям, но это значит и идти на решающую встречу с невероятнейшими чудесами, причащаться лучащейся божественной энергией.

Вот чрезвычайно глубокое замечание Пьера Гордона: «… Вся очевидная бесконечность Майи) с бесчисленными приспособлениями, которые она являет во времени и пространстве перед глазами человека, сводится к динамическому единству излучающейся энергии, осознаваемой разумом в сумраке пещеры-яйца».

Символизм пещеры еще и в том, что на самом деле это затопленное тьмой место, где должна зародиться, где бродит, где вызревает жизнь.

ФАНТАСТИЧЕСКИЕ СЕКРЕТЫ ПАРИЖСКИХ ПОДЗЕМЕЛИЙ

Всем парижанам известны катакомбы, эти древние галереи карьеров, куда были помещены скелеты, извлеченные при упразднении в конце XVIII века старых столичных кладбищ, и среди них — Кладбища Невинных, но мало кто знает о том, что эти известные им места представляют собой лишь самую незначительную часть древних карьеров, которые существуют в подземельях Парижа и его окрестностей. Эти древние карьеры, к тому же, тоже являются лишь одним из элементов старого парижского подземелья, запутанного лабиринта галерей и залов, находящихся одни на большей, другие на меньшей глубине. Этот лабиринт складывался постепенно в разные эпохи, начиная от самого отдаленного прошлого и до периодов, считающихся уже историческими.