Ливонская война. Вильно против Москвы 1558 – 1570

Сущность планов Сигизмунда Августа и Альбрехта по подчинению Ливонии заключалась в овладении через своих ставленников ключевыми административными должностями и в дальнейшей секуляризации духовных государственных образований в Ливонии. За образец трансформации политического строя и государственных структур была избрана прусская модель, успешно реализованная в 1525 г. Проводником этих планов в Ливонии должен был стать рижский архиепископ Вильгельм[76].

Однако реализация этих планов столкнулась с жестким противодействием со стороны Ливонского ордена. Магистр Вильгельм Фюрстенберг справедливо увидел в них угрозу существованию Ливонского государства. Арест рижского архиепископа орденскими властями в 1556 г. резко ухудшил взаимоотношения Ливонского ордена с Польским королевством и ВКЛ. Сосредоточить внимание на ливонских делах руководству ВКЛ позволило заключенное в этом же году шестилетнее перемирие с Московским государством, а также мирные отношения с Крымским ханством. В 1557 г. Сигизмунд Август объявил войну Ливонскому ордену. Польско-литовско-прусская армия двинулась в направлении Ливонии. В результате проведенных на границе ВКЛ с Ливонией переговоров Орден был вынужден согласиться на условия правителя Польши и ВКЛ. Благодаря заключенному 14 сентября 1557 г. Позвольскому договору во внутриполитическом конфликте в Ливонии верх взяла пролитовская партия. В скором времени это изменение ситуации привело к выбору на должность магистра Ливонского ордена Готарда Кеттлера — главы этой партии[77].

Вместе с активизацией ливонской политики ВКЛ ждало обострение ситуации на южной границе. В конце 1557 г. крымские татары неожиданно совершили нападение на земли Волыни и Подолии, имевшее тяжелые последствия для местного населения. По московскому летописцу, татары захватили в плен более 40 тыс. человек[78].

Поход крымских татар на Волынь был вовсе не случайным. В январе 1558 г. Москву посетил крымский посол Янбулдуй Мелдеш, изложивший предложения своего правителя. Крымский хан хотел заключить двухстороннее соглашение с Московией. Оно имело бы четкую антилитовскую направленность — не случайно крымский посол, подтверждая серьезность намерений Крыма, ссылался на недавний поход татар на Украину[79].

Для крымских властей была характерна политика балансирования между двумя соседями, целью которой было обезопасить себя от ударов с их стороны и получение больших «поминок». Московия всю вторую половину 50-х гг. XVI в. вела наступление на земли Крымского ханства. Был предпринят ряд удачных военных походов. В Бахчисарае в ситуации внутренних осложнений ставка была сделана на примирение с Москвой.

В Кремле примирение с Крымским ханством категорически отвергли, указав на лицемерное поведение татар в отношениях с соседями[80]. Московиты не просто отклонили их предложения, арестовав и ограбив послов, но еще больше активизировали военные действия на крымском пограничье, воспользовавшись услугами перешедшего в ноябре 1557 г. на их сторону Дмитрия Вишневецкого. Одновременно с приемом посольства Янбулдуя Мелдеша в январе 1558 г. Иван IV отправил его в поход против Крымского ханства[81].

Очевидно, отказ от мира с Крымом был связан как с общей антимусульманской внешнеполитической стратегией Московии, которой она придерживалась в 50-е гг. XVI в., так и с тем, что в Москве решили объединить свои силы для борьбы с крымскими татарами с Литвой. Заключив соглашение с ВКЛ, московское руководство хотело заставить литвинов не препятствовать московскому вмешательству в Ливонии. Судя по всему, в Москве были полностью уверены, что в Вильно не откажутся от предложения антикрымского соглашения, имея перед собой результаты опустошительного набега крымских татар в конце 1557 г.

Получив отказ на свои предложения в Москве, крымский хан Девлет-Гирей был вынужден вернуться к поиску союза с Литвой. Наверное, это решение далось ему не без труда, так как крымское посольство посетило Литву только в начале 1559 г., через год после нападения татар на земли ВКЛ.