Ливонская война: Забытые победы Ивана Грозного 1558–1561 гг.

Пока полки князя Барбашина, рассыпавшись вокруг Феллина, надежно блокировали город-крепость, а главные силы русского войска не торопясь выдвигались к конечной цели своего похода, «благородный и набожный человек», по выражению С. Хеннинга, орденский ландмаршал Ф. Шалль фон Белль, «ламошка» псковских летописей и «ламмакшалка» Лебедевской летописи, выступил навстречу московитам. Под его началом было немногочисленное войско: Курбский писал о 500 всадниках и примерно таком же количестве пехотинцев, а Реннер сообщал о 300 «конях» и паре феннлейнов пехоты, что в сумме давало раза в полтора меньше, чем у Курбского. Так или иначе, ландмаршал имел в своем распоряжении примерно столько же бойцов, сколько и Барбашин – правда, с той лишь оговоркой, что русская рать была конной, а немногочисленное воинство фон Белля примерно наполовину состояло из пехоты. Похоже, что численным равенством сил и можно объяснить ту дерзость, с которой орденский военачальник обрушился на русских.

1 августа 1560 года орденский ландмаршал, так и не дождавшись обещанной помощи ни от Сигизмунда, ни от императора, выдвинулся со своим войском в окрестности небольшого замка Эрмес, откуда поступали вести об опустошении земель русскими отрядами. Фон Белль, желая наказать грабителей и поджигателей, атаковал русские разъезды. В утренней стычке 2 августа было взято несколько пленных, которые на допросе показали, что перед немцами небольшая русская рать численностью всего лишь в полтысячи бойцов. Представляется, что пленные то ли умышленно, то ли по незнанию ввели орденского военачальника в заблуждение, поскольку, скорее всего, примерно такой или несколько большей была численность барбашинского «полка». Правда, языки «забыли» сообщить немцам, что Мстиславский послал на помощь Барбашину князя Курбского с отрядом отборных воинов. Их появление, оставшееся незамеченным орденскими командирами, стало для ливонцев роковым.

Реконструкция замка Феллин:

1 – часовня; 2 – административное здание; 3 – башня Высокий Герман; 4 – уборная; 5 – резиденция комтура; 6 – амбар; 7 – жилые помещения и конюшня; 8 – столовая; 9 – кладовые; 10 – хлев; 11 – жилье для слуг

Имперский посол Сигизмунд Герберштейн, дважды побывавший в таинственной Московии во времена правления отца Ивана Грозного Василия III, в своих записках отмечал:

«Разбивая стан, они (московиты. – Прим. авт.) выбирают место попросторнее, где более знатные устанавливают палатки, прочие же втыкают в землю прутья в виде дуги и покрывают плащами, чтобы прятать туда седла, луки и остальное в этом роде и чтобы защититься от дождя. Лошадей они выгоняют пастись, из-за чего их палатки бывают расставлены одна от другой очень далеко; они не укрепляют их ни повозками, ни рвом, ни другой какой преградой, разве что от природы это место окажется укреплено лесом, реками или болотами…».

Выделенные в цитате слова хорошо проясняют обстоятельства катастрофы, постигшей последнее боеспособное полевое орденское войско. Посчитав русских малочисленными, ландмаршал решил атаковать их, пока они не усилились. Как писал потом участник сражения князь Курбский, ливонцы «пред полуднем, на опочивании, ударили на едину часть смешавшися со стражею наших, потом пришли до конеи наших, и битва сточися…».

Князь Барбашин явно пренебрег поучениями Владимира Мономаха, который наказывал своим детям «на войну вышедъ, не ленитеся, но все видите; не зрите на воеводы; ни питью, ни еденью не лагодите, ни спанью; и сторожи сами наряживайте, и ночь, отвсюду нарядивше около вои тоже лязите, а рано встанете; а оружья не снимайте с себе вборзе, не розглядавше ленощами, внезапу бо человекъ погыбаеть…».