Лобановский

Поскольку Камерун ещё до матча с СССР обеспечил себе выход из группы, советский тренер африканской команды Валерий Непомнящий собирался выставить на игру резервный состав, считая, что тот сыграет сильнее. Он, надо сказать, опасался не столько проигрыша команде Лобановского, сколько возможной реакции на поражение: умышленно, дескать, отдали. Но резерв выпустить на поле Непомнящему не позволили. В расположение сборной позвонил президент Камеруна Поль Бийя и через переводчика попросил советского специалиста состав не менять. Ослушаться президента тренер, понятно, не посмел, отправил на поле тех, кто уже добыл для Камеруна путёвку в плей-офф и нуждался в передышке. Хватило их на 15-20 минут.

...Футбол — игра. Не более того. Я лично особенно остро это почувствовал во время последнего матча нашей команды против сборной Камеруна. В ложе прессы стадиона в Бари было не густо: 153 журналиста — меньше, чем на каком-либо другом матче (рекорд всех чемпионатов мира, кстати, принадлежит теперь финалу Аргентина — ФРГ — 1606 журналистов). Одновременно с началом матча из Неаполя пошла по телемонитору трансляция встречи Аргентина — Румыния. При счёте 3:0 в нашу пользу аргентинец Монсон открыл счёт в Неаполе. Со скамейки запасных сборной СССР оборачиваются каждые три минуты и взглядом спрашивают нас, какова ситуация в Неаполе. Мы отвечаем жестами. На 63-й минуте «карты» сошлись. Нам нужны были 4:0 в Бари и победа любого из соперников в Неаполе. Добровольский забил четвёртый мяч, а в Неаполе всё ещё 1:0. Необходимый «расклад» держался пять минут, а потом румын Балинт в Неаполе сравнял счёт. Если бы не этот гол, сборная СССР получила бы шанс на продолжение борьбы...

После Италии-90 пошли разговоры о том, что, дескать, «стиль Лобановского изжил себя». Во-первых, такого стиля не существовало. Шёл процесс под названием «развитие современного футбола». И Лобановский был одним из самых активных участников этого процесса. Во-вторых, локальный результат никоим образом не должен повлиять на выбранное направление, заставить изменить ему. «В Италии, — обратил внимание читателей журнала «Киккер» Карл-Хайнц Хайманн, — я слышал много высказываний о том, что стиль Лобановского устарел. Часто это говорили те самые люди, которые два года назад на чемпионате Европы в ФРГ клятвенно утверждали, что сборная СССР демонстрирует футбол XXI века. Я же считаю, что стиль Лобановского отнюдь не изжил себя. Просто в Италии самые важные игроки его команды оказались не в лучшей форме, которая должна была быть у них, чтобы оптимально использовать систему, базирующуюся на темпе и выигрыше пространства».

«Любые сравнения между двумя командами — 88-го года и 90-го — не совсем, мне представляется, корректные, — говорил Лобановский. — Много разных не совпавших составляющих. Да, играли в Германии многие из тех, кто поехал на чемпионат мира. Но в каком они были состоянии там и там? Как относились к себе? Как восприняли очень важный заключительный отрезок подготовительной работы? Как реагировали на трудности? На мой взгляд, мы всё же не до конца изучили личностные качества некоторых футболистов, особенно тех, кто приехал в сборную из-за рубежа. Не хочу называть имена, но включение в состав сборной ряда игроков не оправдало себя не только в чисто игровом плане. В Италии далеко не все оказались готовыми к необходимости сыграть, как два года назад в Германии, через “не могу”. Но и при всём при этом не согласен с теми, кто называет нашу команду “устаревшей на два года”. Румынам проиграли в первую очередь потому, что в первом тайме не сумели реализовать несколько очень хороших моментов, а во втором тайме отправились играть в анархию, но не в футбол. Аргентинцам же — остаюсь при своём мнении — не уступили ни в чём».

Безусловно, игроки имеют право на высказывание критических замечаний, но вряд ли — на швыряние в тренеров камней, чем сразу же после чемпионата занялись некоторые считающие себя звёздными футболисты. Так они пытались прикрыть продемонстрированную ими в дни чемпионата собственную несостоятельность. В Италии же ни один из будущих критиков не пришёл и не сказал, что не разделяет тренерской стратегии. «Выигрывают игроки, проигрывает тренер» — когда-то придуманный афоризм выучили все.

Лобановский не исключал, что подобная реакция со стороны части футболистов могла последовать и в 1988 году в ФРГ, не сыграй команда на предварительном этапе так, как она сыграла. Но тогда отношение всех и каждого к поставленной задаче оказалось на более высоком уровне, нежели в Италии.