Лобановский

Одна из самых крупных, на мой взгляд, тренерских ошибок, связанных с чемпионатом мира-90, — продолжавшееся совместительство. Это ошибка не с сиюминутными, а с отложенными последствиями. Если в 86-м в Мексике и в 88-м в Германии совместительство пошло команде только на пользу, то впоследствии оно стало сказываться самым негативным образом, не давало должного эффекта. Первое время (1986—1988 годы) на хорошем, «машинном», ходу была базовая команда сборной — киевское «Динамо». В 86-м она, кроме чемпионата СССР, выиграла европейский Кубок кубков. На чемпионате Европы в Германии (1988) киевские сборники по-прежнему пребывали в отменном состоянии, что во многом и способствовало достижению там высокого результата и демонстрации великолепной игры, потрясшей знатоков футбола. Но после Евро-88, на мой взгляд, некоторые киевские футболисты перестали отвечать самым жёстким требованиям, предъявляемым к игрокам национальной команды, и Лобановский, избавься он по завершении сезона от совместительства и оставив за собой только место в сборной, вряд ли стал бы привлекать в сборную всех тех, кого он продолжал привлекать, оставаясь тренером киевского клуба.

Вовсе не исключено, что выбор Чокко местом дислокации на чемпионате оказался не совсем правильным. Одно дело заниматься в этом известном центре, расположенном в гористой местности (600 метров над уровнем моря), на тренировочных сборах. Совсем иное — жить там во время крупного турнира. Неудобства от такого проживания видны как на ладони. Главное из них — поездки на матчи. Сначала до ближайшего аэропорта добирались на вертолётах (это футболисты основного состава, резервисты отправлялись из Чокко наземным транспортом и ехали не менее полутора часов). Потом все вместе пересаживались на самолёт и вылетали в соответствии с расписанием матчей в Бари, Неаполь, потом снова в Бари. Обратно до базы добирались столь же сложным путём.

Допущена была ошибка и при непосредственной подготовке. Никита Павлович Симонян рассказывал мне, что всё было спланировано верно, особенно учитывая тот факт, что целая группа игроков перед заключительным сбором — Дасаев, Бессонов, Демьяненко, Добровольский, Алейников, Заваров — была не в порядке. Требовалось поднять их функциональное состояние. Это и делалось. «Был лишь один промах, — считает Симонян. — Мы не дали за весь сбор, начавшийся 23 мая в Москве и завершившийся 8 июня в Чокко, ни одного дня отдыха, на чём я, в частности, настаивал».

Лобановский к Симоняну тогда не прислушался, потому что (как, впрочем, и сам Никита Павлович) был введён в заблуждение самими футболистами. Симонян и в подмосковном Новогорске, и в Италии спрашивал многих игроков, видя, какие тяжёлые нагрузки им предлагают: «Как переносите нагрузки? Как ноги?» — «Нормально, — отвечали все как один, — и с ногами всё в порядке». Симонян, разумеется, делился этой информацией на ежедневных тренерских планёрках. Если бы футболисты пожаловались ему на непомерные нагрузки, на навалившуюся усталость, он всё бы сделал для того, чтобы убедить Лобановского выкроить в намеченной тренировочной программе хотя бы один денёк для полноценного отдыха. И, думается, убедил бы его. Пусть нелегко, поскольку Лобановский старался неукоснительно следовать продуманному плану, но — убедил бы: от жёстких, догматических порой подходов к реализации тренировочной программы Лобановский к концу 80-х годов отошёл — история 1976 года многому его научила.