Луна. История будущего

Вспоминается конкретный тип симуляции — симуляция призрака. Как и при появлении на экране первых намеков на лицо Адама Селена, напоминающих размытое изображение, которое порой возникает в земных облаках, — мимолетный лик Земли, столь непохожий на вечный лик Луны, — в симуляции расколотой Земли в диснейлендах есть нечто призрачное, и эта призрачность подчеркивается свойственной героям Варли привычкой погибать и возвращаться к жизни.

В литературе Луна часто бывает царством смерти. Читатель догадывается, что Ганс Пфааль, которого Эдгар Аллан По отправляет на Луну, умер до начала своего путешествия, когда он вскользь упоминает о попытке самоубийства. В «Зловещем кратере Тихо» Клиффорда Саймака выясняется, что кратер населен привидениями. Творчество Хайнлайна изобилует героями, погибающими на Луне, от Д. Д. Харримана до отважного Эзры Далквиста, который снимает с вооружения целую лунную базу ядерных боеголовок, чтобы предотвратить военный переворот, и компьютера Майка. Хильди Джонсон из романов Варли не раз накладывает на себя руки. Командир «Аполлона-15» Дэйв Скотт оставил на месте посадки «Фалкона» памятник павшим астронавтам; часть праха Джина Шумейкера покоится в кратере, носящем его имя; Moon Express заключила контракт с компанией, планирующей отправлять на Луну прах других людей. Трудно говорить о безжизненности Луны, не думая о смерти.

Однако, как Несмит и Карпентер написали в книге «Луна как планета, как мир и как спутник», безжизненное запустение лунной поверхности есть «не иллюзия смерти, ведь в таком случае должна была существовать и жизнь, а картина мира, в котором никогда не брезжил свет жизни». Есть разница между тем, что умерло, и тем, что никогда не жило, и концепция призраков частично ее иллюстрирует. Призрак — это следствие смерти и ее отрицания. Призрак — это присутствие отсутствия, немертвая смерть. Порой призрак не принадлежит ни одному из миров. Порой напоминает отражение без зеркала. В нем есть что-то от двуличия Луны.

* * *

Я не верю ни в Луну-тюрьму, ни в Луну — убежище от инопланетного вторжения, ни, раз уж на то пошло, в Луну-призрак. Но я считаю, что чтение этих историй сегодня, когда мы знаем, какова Луна, помогает нам представить, какой она может быть, — и представить гораздо ярче, чем с помощью анализа конструкции гало-орбит, вычисления требуемой мощности электромагнитных катапульт, моделирования техник добычи льда из кратеров при температуре, опасно близкой к абсолютному нолю, или попытки понять все тонкости замкнутых систем жизнеобеспечения. Воображение людей не в меньшей степени повлияет на облик Луны будущего.

Хайнлайн рисует убедительный образ Луны, где ничего не дается даром или за бесценок. Там нет ничего, что уже используется и что можно присвоить себе. Тем не менее, возможно, есть способ на время хотя бы создать видимость дешевизны. Идея добычи льда и летучих веществ на лунных полюсах сродни идее об эксплуатации ископаемого топлива на Земле и ускоренного использования ресурсов, накопление которых происходит очень медленно. Если ресурса достаточно (или если его расход невелик) и если эксплуатировать его выгоднее, чем эквивалентные ресурсы из других мест, это может стать проблемой, чем и объясняется важность режима управления и определения фактического положения дел.

Стоит отметить, что, когда речь заходит об эксплуатации ресурсов, безжизненность Луны, казалось бы, становится преимуществом. Несмотря на то что добыча ископаемого льда и летучих веществ на полюсах приведет к уничтожению в буквальном смысле невосполнимых, хотя и необязательно особо

их сердца мерно бились, а запасы истощались

ценных ресурсов, она окажет на Луну гораздо меньшее влияние, чем добыча ископаемого топлива — на Землю. Отсутствие мирского делает Луну в некотором роде невосприимчивой к экологическому ущербу. Вещества с гораздо большей вероятностью попадают туда, где наносят урон, при наличии неконтролируемых потоков, которые их перемещают. В отсутствие таких потоков проблемы исключены: нет ни грунтовых вод, куда могли бы просочиться токсины, ни ветра, который переносит загрязняющие вещества. И не возникает никаких цепных реакций, которые на Земле приводят к тому, что большая концентрация углерода в атмосфере замедляет выход тепла с поверхности в космос. На Луне ни у чего нет собственного места. Все лежит ровно там, где упало, а значит, не на месте оказаться просто не может.