М7

Немного утомившись, девушки присели на ступеньки здания старого спортивного комплекса «Сатурн». Он располагался рядом с детским санаторием «Колокольчик» и в восьмидесятые вмещал в себя до пятисот молодых и борзых орущих голов. Потом наступила эра приватизации, и на месте санатория построился коттеджный поселок с одноименным названием «Колокольчик». Глупо, правда?

Спортивный же комплекс, находившийся в заброшенном состоянии, теперь принадлежал автосервису.

Сервисом заведовал Ахмед. Он родился в Турции, но всю жизнь прожил с родителями недалеко от Баку - в Хырдалане. И в конце восьмидесятых переехал в Москву, а правильнее сказать в Балашиху, которая находилась за первым крупным перекрестком М7 после МКАДа.

«Сатурн» существовал в странном запустении - в той части, где когда-то располагался теннисный корт, хранились старые машины, в бассейне складировались запчасти, а душевые покрылись плесенью и использовались в промышленных целях. Там поставили фильтры, и порой люди Ахмеда грешили тем, что делали самопальную «минеральную» воду без газа. Этикетки и бутылки заказывали у «братьев» в Косино, а потом сдавали в местные магазины. С тех пор Кати напрочь перестала пить минеральную воду «природного происхождения».

Пару дней посовещавшись и оценив масштабы бедствия, девушки, нагло ворвавшись в автосервис, познакомились с Ахмедом и без всякого фарисейства уговорили отдать часть помещения под спортклуб. Бассейн и корт оставались за Ахмедом, а пара залов отходила им в аренду, за что они обязались сделать косметический ремонт холла и отмыть старые раздевалки. Правда, они никак не могли придумать, как быть с душем. Но первое время можно же и без него. В дачно-деревенской части Балашихи обыватели привыкли к уличным душам, тазикам и ковшикам. Основными клиентами, думали подруги, станут девушки из военного «городка», с которых они собирались взимать по сто рублей за занятие. Два раза в неделю. А там будет видно.

Ахмед сказал, что будет брать за аренду триста долларов в месяц. В те времена это были приличные деньги. Тем более за старое дряхлое помещение. Но игра стоила свеч. В первый квартал они планировали выйти в ноль, а дальше потихоньку набирать обороты, организовать детские группы и выйти в открытый космос от счастья. Море было по колено, а Вишняковский пруд по щиколотку - им казалось, что для хорошей танцовщицы нет ничего сложного в преподавании всех классов - аэробики, шейпинга, в те времена только появляющихся пилатеса и йоги, хоть под куполом по канату без страховки - лишь бы платили. И стриптиз. По индивидуальной программе и особому прайс-листу.

Оставалось найти деньги на первый месяц аренды и косметический ремонт холла.

И Кати вспомнила про «Бьюик».

* * *

В пяти километрах от кольцевой дороги, в старом дачном поселке вот уже несколько веков подряд обитали члены семьи Кати. В июле того лета их осталось всего двое. Она да мать. Бабушка после смерти супруга уехала в родной Нижний Новгород коротать старость, тем самым освободив полноценную комнату для Кати в небольшой квартире в Москве.

Когда дедушка Кати скончался, в гараже остался старый «Бьюик». Никому не нужный. На нем и дедуля-то проехал от силы километров сто. Но продавать отказывался. После того как слег с болезнью Альцгеймера, бабушка попросила его коллег из НИИ отвезти машину на дачу, чтобы не украли. Хотя кому она уже была нужна в те времена?! Внешне «Бьюик» неплохо сохранился, где-то проржавел, ездил с трудом, но все же передвигался в пространстве и времени, если подтолкнуть, поднажать и попотеть. Кати знала, что есть странные люди, которые коллекционируют диковинные машины, или киношники, которым вечно нужен причудливый реквизит.

Дачный сезон заканчивался. Для прогулок и безумств оставалось несколько дней сомнительного лета, ночами изо рта уже струился пар, нещадно мерзли кисти рук, дачники жгли последние костры уходящего лета, и по соседству, изрядно перебрав накануне ночью, кто-то горланил «Группу крови на рукаве».

Продать старый дедушкин «Бьюик» требовалось до наступления сентября. Пока Кати не отправили в город, пока не развезло дорогу и пока кто-то еще заезжает в Никольское.

Сначала она думала повесить объявление в Интернете. Но своего компьютера у Кати не было, тем более на даче. Девушка вообще обходилась без компьютера, а если нужно было написать реферат или спросить что-то у «Яндекса», она приезжала к матери на работу, после обеда, когда ученики уже расходились по домам или подворотням. А в августе школа была закрыта на ремонт. Белили стены, сливали деньги в никуда.