Во время своих собраний шаманы, как можно предположить, иногда демонстрировали паранормальные познавательные способности:
Шаманы (хотя и не все) часто могут сказать, о чем думают и что делают люди, присутствующие на собрании. Во многих случаях в этом нет ничего сложного, потому что шаман легко может угадать мысли людей, которые долгое время находились под его личным влиянием и которых он уже давно знает: когда же на публике он входит в состояние экстаза, это можно объяснить просто его способностью к самовнушению.
Другой ученый труд, в котором можно найти интересные источники подобного рода – это работа Трийеса о пигмеях в экваториальной Африке. Трийес рассказывает об одном интересном сне, который увидел вождь во время жертвоприношения по случаю военного похода:
В качестве жертвы был выбран слон. Однако этот слон должен быть особым образом предуказан. Три или семь дней, в зависимости от силы племени, против которого готовится поход, и врага, которого предстоит победить, вождь соблюдает строгий пост: на протяжении всего дня он не прикасается к еде и воздерживается от питья: ему позволено только жевать плоды амомо при условии, что он будет выплевывать семена… В одну из ночей после окончания трех– или семидневного поста вождь видит во сне слона… Этот факт не заслуживал бы внимания, если бы к нему не прилагалось еще одно обстоятельство: после пробуждения вождь должен описать животное, его размер и место обитания и сказать, где оно скрывается в настоящий момент. Он заявляет, что видел это животное, поляну, на которой оно пасется, деревья, которые там находятся, маршрут, по которому надо идти, чтобы туда добраться, и опасности, которых следует остерегаться.
Однажды у Трийеса украли какую-то мелочь, и один негрилл решил на месте вычислить виновника кражи при помощи магического зеркала:
Не говоря ни слова, (негрилл) пошел за своим магическим зеркалом; затем, произнеся некое заклинание, он решительно объявил мне: «Я вижу вора, это такой-то» – и указал на одного из сопровождавших меня юношей. «Впрочем, посмотри сам». И к моему великому удивлению я увидел в зеркале отражение черт внешности того, кто меня обворовал.
В другом случае негрилльский колдун «увидел» в своем магическом зеркале пироги: на них плыли люди, которых Трийес ожидал: