Махабхарата. Ревизия смыслов.

В родословной Рамы Джамадагни принимает участие Бхригу — отец Ричики, номинального жениха в этой сделке Гадхи и брахмана. Бхригу является человеком одного поколения с Гадхи (отметим этот факт, он нам еще пригодится). Свадьба состоялась, разумеется, не в лесу, а в Каньякубдже. Так что жизнь Гадхи в лесу выглядит, скорее, стандартным приемом жизнеописания святого царя. История с даром Бхригу скрывает намек на то, что без него было бы невозможным рождение Джамадагни. Но почему? Ошибка Сатьявати — ключ к тайне. Неужели великий герой — это следствие этой ошибки?! Сатьявати забеременела при таких обстоятельствах, что сказать всю правду людям было невозможно, вот автору сказания и осталось лишь намекнуть, что рождение брахмана, вынужденного заниматься не своим делом, было следствием ошибки, но что это была за ошибка автор легенды сказать прямо не решился, вот почему он и придумал историю с перепутанными деревьями. Не является ли это указанием на то, что его отец был воином, а мать дочерью брахмана? Изложение жизни Джамадагни — это еще один способ запутать читателя. Зачем изучать воинскую науку — Дханурведу — и не применить ее даже перед лицом смерти, когда у любого человека включаются инстинкты, уж не говоря о профессиональных навыках? Почему он ревнует женщину, родившую ему пятерых сыновей? Зачем насылать безумие на детей, совершенно правильно отказавшихся убивать собственную мать? В чем их вина? Что это за муж и отец, если ему изменила мать пятерых детей? Да и попытайтесь найти мужчину, который, находясь в здравом уме, стал бы выдумывать поводы для измены своей жены — матери пятерых сыновей? Зачем требовать от сыновей, чтобы они убили свою мать, если это можно сделать самому? Да изменяла ли она ему вообще? Одни вопросы... Но ответить на них можно тоже вопросом: не являются ли обстоятельства, приведшие к беременности Сатьявати, причиной обвинения ее в измене? Проще говоря, не забеременела ли Сатьявати вследствие совершенного над ней насилия? Сатьявати ведь и сама мучилась, не зная, как ей жить дальше, да и стоит ли жить вообще на этом свете? Будучи дочерью царя, она не могла понять, почему ее «свадьба» состоялась не по закону, не по ритуалу? Ведь она вела свое происхождение от самого знатного рода страны — семейства Брахмы... Чем здесь могли помочь мудрецы? Лишь сказать, что все произошло в результате ошибки — женщины нарушили предписания мудреца и перепутали деревья, что тут сделаешь? Позор девушки превратили в ошибку матерей, чтобы спасти честь семейства Брахмы. Разве можно излагать историю, где совершается насилие над женщиной из рода Брахмы? Что будут думать простые граждане страны?

Но нас больше интересует самое главное — война с Картавирьей. Мы разбирали уже эти события: Рама уничтожает воинов Картавирьи, его месть восстанавливает только образ Ричики. Это событие произошло в промежутке между Третаюгой и Двапараюгой. Кашьяпа получает во власть земли и богатства, отобранные Рамой у потомков Картавирьи. Отсюда можно сделать вывод, что Рама действует по плану, разработанному Кашьяпой и полностью ему подчиняется, даже добычу отдает, как если бы Кашьяпа был его хозяином. Учитывая, что для победы в такой войне Рама должен был обладать хорошей боевой подготовкой и опытом управления войсками, то можно предположить, что во время этой войны ему двадцать пять или тридцать лет, никак не меньше. Теперь обратимся к персонажу по имени Аурва. Он тоже Бхаргава, как и Рама Джамадагни, и он тоже воюет с Арджуной Картавирьей. В обеих легендах первым нападает Арджуна Картавирья, война ведется из-за золота, погибают родственники обоих и гибнет сам Картавирья. Оба — Рама и Аурва — жестоко мстят, гибнут воины армии Арджуны Картавирьи. В обеих легендах истребление кшатриев останавливают предки героев. И наконец, Аурва мстит Картавирье не сразу после нападения, а только после того, как вырос, то есть, достиг возраста в котором уже мог сражаться с Картавирьей на равных. А это значит, что Аурве тогда было, как и Раме, двадцать-тридцать лет. Поскольку война с воинами Арджуны Картавирьи была и в одной, и в другой легенде, а Картавирья и его «потомки» никак не могли погибнуть дважды, то из этого следует, что речь идет об одном и том же событии, и значит, Аурва и Рама Джамадагни — один и тот же человек. Единственное различие в именах объясняется тем обстоятельством, что легенду о Раме Джамадагни рассказывает Акритаврана, а сказание об Аурве — гандхарва Читраратха. Последний, видимо, либо знает Раму под именем Аурва, либо предпочитает по каким-то своим соображениям называть его таким именем.