Машина, платформа, толпа. Наше цифровое будущее

Чудо [цен] состоит в том, что, если, скажем, имеется недостаток какого-либо сырьевого материала, то без специального распоряжения и всего лишь, возможно, при горстке людей, знающей истинную причину, десятки тысяч человек, чью личность нельзя установить даже за месяцы работы, вынуждены будут использовать этот материал или его продукты бережнее, то есть они начнут идти в правильном направлении… Я убежден, что, если бы [система цен] была результатом намеренного человеческого проекта и если бы люди, руководствовавшиеся изменениями цен, понимали, что их решения имеют значение далеко за пределами их непосредственной цели, этот механизм был бы провозглашен одним из величайших триумфов человеческого разума[590].

Работа Хайека предвосхитила многие идеи, которые позже в XX веке слились в теорию сложных систем. В ней показано, что действия отдельных людей могут генерировать информацию, обладающую высокой ценностью для целой толпы. Более того, эту информацию нельзя почерпнуть, наблюдая за малым количеством участников: вы никогда не узнаете цену на олово у пары шахтеров или металлургов. Поэтому рынки называют эмерджентными системами: цены возникают при взаимодействии всех участников, и их нельзя определить, глядя только на малую группу.

РЕШЕНИЯ НА ОСНОВЕ РЫНКОВ

Группы часто ведут себя эмерджентным образом и благодаря этому создают новое знание. Когда группы оказываются в сети и становятся толпой, первопроходцы находят различные способы обнаруживать это знание и пользоваться им. Одними из первых были рынки предсказаний, они оказались ближе всего к выводам Хайека. Это рынки не товаров и не услуг, а грядущих событий, например: что какой-то конкретный человек будет избран президентом США в 2020 году; что выходящий фильм соберет в первую неделю проката от 50 до 100 миллионов долларов; или что официальный средний уровень инфляции в США в ближайшем квартале превзойдет три процента.

Рынки предсказаний работают следующим образом. Прежде всего маркетмейкер создает набор ценных бумаг, которые участники могут продавать и покупать – в точности так же, как они продают акции какой-нибудь компании на Нью-Йоркской фондовой бирже или бирже Nasdaq. Один из способов добиться этого – создать ценную бумагу, по которой выплачивается один доллар, если, скажем, средняя инфляция за какой-то квартал будет больше трех процентов, и ни одного доллара в противном случае. Далее на рынок приглашают группу участников – чем больше, тем лучше – и предлагают начать торговлю друг с другом этими бумагами. Те, кто считает, что инфляция превзойдет три процента, будут готовы заплатить за бумаги больше, чем люди с противоположной точкой зрения. Если цена стабилизировалась на уровне 0,7 доллара, разумно предположить, что в целом рынок считает, что с вероятностью 70 процентов средняя инфляция за этот квартал будет выше трех процентов (или что фильм соберет от 50 до 100 миллионов, или что имярек станет президентом в 2020 году). Наконец, когда событие действительно происходит (в нашем случае когда заканчивается квартал и можно вычислить среднюю инфляцию), маркетмейкер производит выплаты всем владельцам соответствующих ценных бумаг. Если в реальности инфляция превзойдет три процента, то все обладатели ценных бумаг «выше трех процентов» получат один доллар за каждую акцию.

Результаты работы рынков предсказаний подтвердили выводы Хайека о способности цен собирать знание в рамках рынков. На рынках, подобных описанному, события с итоговыми ценами на акции около 0,7 доллара имеют тенденцию происходить с вероятностью примерно 70 процентов, что делает эти цены весьма точными показателями вероятностей.