Машина, платформа, толпа. Наше цифровое будущее

Ведутся активные споры о том, предоставляют ли рынки предсказаний более точные прогнозы по сравнению с другими методами (такими как надлежащим образом взвешенные средние по опросам или как использование суперпрогнозистов, о которых говорил Филип Тетлок; мы обсуждали их в главе 2), но мало кто сомневается, что при правильных условиях рынки предсказаний могут быть очень эффективными. Экономист Робин Хансон, который сделал больше всего для теории и практики этих рынков, писал: «Рынки предсказаний отражают принцип, лежащий в основе ценности рыночного ценообразования: поскольку информация часто широко разбросана по экономическим субъектам, весьма желательно найти механизм собирания ее воедино. Свободные рынки обычно хорошо справляются с этим, поскольку участвовать могут почти все, а потенциал для прибылей (и убытков) создает мощные стимулы для поиска лучшей информации»[591].

Как вы можете организовать толпу?

Ценовая система, восхваляемая Хайеком, которую Хансон и другие специалисты стали новаторски использовать, – это чудесный побочный продукт взаимодействия участников рынка. Другими словами, большую часть цен нельзя считать результатом преднамеренной попытки создать общесистемное знание и связываться с ним. Интересно, что происходит, когда такая попытка действительно имеет место: когда кто-то стремится созвать сетевую толпу и заставить ее работать совместно над каким-то проектом?

Эта идея выглядит безнадежно наивной, и легко придумать целый список причин, почему она никогда не сработает. Ну кто захочет участвовать в таком проекте, особенно бесплатно? И как можно быть уверенным, что пришедшие – нужные люди? Как распределять работу и кто займется распределением? Что считать хорошим или достаточно хорошим вкладом и кто вправе определять и применять эти критерии? За тысячелетия своей истории мы разработали различные механизмы ядра для решения этих проблем. Но как то же самое может делать толпа?

РАЗРАБОТКА ОПЕРАЦИОННОЙ СИСТЕМЫ ДЛЯ РАЗРАБОТКИ ОПЕРАЦИОННОЙ СИСТЕМЫ

Если этот вопрос и беспокоил Линуса Торвальдса 25 августа 1991 года, то это не помешало ему опубликовать следующее сообщение в группе Usenet, посвященной операционной системе для компьютера под названием Minix:

Привет всем, кто использует Minix.

Я делаю (бесплатную) операционную систему (просто хобби, ничего большого и профессионального типа GNU[592]) для 286 (486) AT-клонов. Идея варится с апреля и уже близка к готовности… Хотелось бы знать, какие функции нужны большинству. Приветствуются любые предложения, но не обещаю реализовать их:-)[593].

Торвальдс просил помочь ему с операционной системой, которую он принялся писать. Это было самое начало работы, но он добился значительного прогресса в создании ядра – сердца операционной системы и одного из наиболее сложных ее элементов. Торвальдс хотел создать систему, непохожую на готовые коммерческие ОС, – такую, которую можно было бы свободно просматривать, изменять и расширять. Например, Microsoft не делает общедоступным исходный код Windows, так что никто за пределами компании не знает точно, как она работает, и не имеет возможности вносить изменения. Члены сообщества, ратовавшего за программное обеспечение с открытым исходным кодом, полагали, что такое отсутствие прозрачности по ряду причин ошибочно, и Торвальдс разделял их взгляды.

Операционная система, которую Торвальдс впервые описал в апреле 1991 года, стала называться Linux, и первоначальное заявление программиста, что это «ничего большого и профессионального», определенно оказалось одним из самых неверных в истории компьютерных технологий. Во всех своих формах и потомках Linux, бесспорно, крупнейшая и наиболее профессиональная операционная система в мире, распространенная повсюду – от серверов в дата-центрах размером больше футбольного поля до 1,5 миллиарда планшетов и телефонов с Android[594].

НОВЫЕ ПРИНЦИПЫ

Изучение истории Linux демонстрирует несколько принципов, которые кажутся важными, возможно, даже обязательными, для того чтобы сплотить толпу для совершения чего-то значимого. Сюда входят открытость, отсутствие креденциализма, проверяемые и отменяемые правки, ясные результаты, самоорганизация и гиковская модель руководства.