Мгновения, мгновения...

Начальник еще не успел уточнить обстоятельства происшествия, как явились оперуполномоченный уголовного розыска капитан Анатолий Шелепов и инспектор дорожно-патрульной службы ГАИ сержант милиции Николай Чирков. Оба сотрудника опытные, решительные, инициативные, с ними Евстигнеев не раз выезжал на чрезвычайные происшествия и был уверен: что бы ни случилось, они не подведут.

Видя, как начальник спешно готовит оружие и рацию, Шелепов и Чирков тут же подключились к делу.

Евстигнеев работал молча.

— Что стряслось? — нарушил тишину Шелепов.

— В селе Б. произошло ЧП. Какое, сам еще толком не знаю, но преступник скрылся, судя по всему, в лесу. Так что срочно направляемся в Б.

Августовское утро только начиналось. Ехали лесной дорогой. По земле бежали робкие серые тени. Евстигнееву не раз приходилось работать в таких условиях, и он понимал, что при поисках и задержании преступников каждый куст таит в себе опасность. Поиск непредсказуем: слишком много переменных величин. Вся надежда на опыт, знание лесной азбуки, профессиональную смекалку.

Трагедия развивалась так. Рабочий совхоза Китов, недавно отбывший наказание, с самого утра был не в духе — с похмелья болела голова. Однако на работу вышел: 9 августа — день получки. У кассы встал одним из первых. Получив деньги, не медля помчался в магазин. Купил две бутылки вина, выпил. Побежал за третьей, но с оглядкой: как бы не попался участковый, который только вчера строго предупредил его за пьянку.

Захмелел быстро. Сидя за столом, забрюзжал: никому-то он не нужен, все его ненавидят, и все из-за того, что имел пять лет отсидки; участковый грозится, бригадир наступает, Зинка нос воротит…

— Ты, сын, бросай пить да не лодырничай, — сказала мать, — тогда и зауважают тебя.

— Отчим, алкаш, — не слушая слов матери, продолжал Китов, — и тот, гад, гнет свою палку…

— Ну, ну, полегче, — пробормотал из сеней пьяный отчим, — недосидел, видно.

— Эх, что-то сейчас будет! — взбеленился Китов и, схватив недопитую бутылку, ринулся в сени, задел висящую на стене самодельную пику, сорвал ее.

Отчим с испугу закричал.

— Ладно, живи, гад, — прохрипел Китов и выбежал на улицу.

Надвигалась ночь. Кругом была тишина. Разгоряченный Китов остановился у дома Кузнецовых, залпом допил бутылку и со злостью стукнул пикой по забору. «Добыть бы ружье», — мелькнула шальная мысль. И, глянув на темные очертания дома, направился к летней кухне. Разбив окно, он влез внутрь, обшарил все стены и пол — ничего не удалось обнаружить. Прокрался в сени, а потом и в избу.

— Эй, кто там? — встрепенулась пенсионерка Кузнецова, услышав шорох в прихожей.

— Дед дома?

— Ты, что ли, Китов?

— Ну я.

— На косьбе, завтра будет.

— Где ружье?

— Спрашивай у деда.

— Давай ружье, говорю!

— Проси у деда, я не хозяйка.

Китов включил свет:

— Где ружье, старая? — и ткнул пикой в грудь.

Кузнецовой стало плохо.

— Где ружье? — наступал Китов. И снова кольнул пикой.

Кузнецова закричала. Китов ударил еще раз. Старушка замолчала. Китов вернулся в прихожую. Ружье и патронташ висели на стене. Сорвав их, он подбежал к Кузнецовой.

— Положи на место, разбойник! — вскрикнула она.

— Ах, ты еще жива?

Китов вскинул ружье — комната наполнилась пороховым дымом…

Выключив свет и закрыв дверь, преступник вышел на крыльцо и остановился: «Подпущу красного петуха, и концы в воду».

Рядом в темноте послышались голоса. Это изменило план Китова.

Спрыгнув с крыльца, он пошел в ту сторону, где раздавались голоса.

У дома Королевых рядом с грузовой машиной оживленно беседовали три девушки — Нина Гончарова, Оля Матросова, Наташа Лушина и три парня — Василий Гончаров, Александр Середкин, Алексей Егоров. Они не знали Китова, так как приехали отдохнуть к родственникам, и он не знал их.

При виде автомобиля Китова охватило волнение: угнать! Опыт был.

— Чья машина? — строго спросил он, подходя к ребятам.

— Моя, — ответил Егоров. — Ключи!

— Какие ключи?

— Ключи, говорю!..

И нажал на спусковой крючок. Выстрел потряс ночной воздух.

Девушки закричали.

— А ну, в кабину! — заревел Китов. Подогретые алкоголем страсти бурно рвались наружу. — В кабину!

Он выкрикивал слова, не очень ласкающие слух, а потом снова выстрелил.

Нина Гончарова не выдержала и упала в обморок. Василий бросился к сестре.

— Унеси ее, — скомандовал Китов. — Остальные в кабину!

Ребята повиновались, сели. Китов, принялся заводить машину, не получалось. Выругался. Спрыгнув на землю, крикнул:

— Выходи, стройся!

Пальнул еще раз.

— К берегу, быстро! Сейчас я вас, как куропаток…

— Не пугай девчонок, — попросил Егоров.

— Поговори еще раз!..

Китов нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел. Алексей вскрикнул и упал. Середкин оглянулся.

— Не крути мордой, и ты получишь! — заорал Китов.

Перезарядив ружье, он взвел курок. Еще выстрел. Сильный заряд сразил Александра.

— Земля всех принимает… — злобно выругался Китов.

Оля и Наташа заплакали. Смерть носилась рядом.

— Не орать! Быстрей! Вперед!.. — подталкивал их Китов стволом.

— Оставь нас. Что ты хочешь? — взмолилась Наташа.

— В лесу разберемся…