Мифы сталинской эпохи

В отличие от Троцкого, Фрунзе не считал себя гением революции и вполне спокойно подчинялся партийному руководству. Все герои Гражданской войны на тот момент подчинялись, недовольство партийной линией они начнут выказывать в начале 30-х, а не в 24–25 гг. Назначать Фрунзе наркомом только для того, чтобы через 6 месяцев его ликвидировать на операционном столе, – получается как-то сложно и не логично. Ладно, давайте допустим, что да, товарищ Сталин – злыдень, каких мало, все знал, все предвидел, такой у него гениально-уголовный склад ума. Тогда ему, наоборот, надо было ничего не делать, не настаивать на перевозке Фрунзе в московские больницы. Просто занимался бы обычной текучкой, и через какое-то время Фрунзе пришлось бы хоронить в Кремлевской стене, рыдать на его похоронах, мол, не выдержало здоровье еще одного пламенного революционера и великого организатора побед Рабоче-Крестьянской Красной Армии.

Повторяю, что Фрунзе очень плохо себя чувствовал в последнее время, знали многие. Это не являлось тайной, он не очень хорошо себя чувствовал еще в годы Гражданской войны. После семи лет на каторге, после того, как рядом взрывается авиационная бомба, тебе стреляют в бок, у тебя проблемы с суставами, с легкими и с желудком – это не скроешь. Больше того, у Сталина есть прекрасный повод для отвода кандидатуры Фрунзе, мол, есть вполне здоровые Ворошилов, Буденный, давайте назначим их, а нашего любимого Михаила Васильевича побережем, дадим ему выздороветь. Ведь потом, когда Ворошилова назначили на место Фрунзе, никто не протестовал, все же понимали: тоже герой Гражданской войны, настоящий пламенный большевик, образец для подражания, кумир миллионов рабочих и крестьян. Зачем, еще раз спрошу, нужна была такая сложная схема ликвидации?

Ни один человек из современных конспирологов, полагаю, на этот вопрос не ответит. Гораздо проще бездоказательно твердить, что Фрунзе, значит, устранили первым, а потом казнили всех: Тухачевского, Гамарника, Уборевича, Якира и остальных краскомов. Правда, возникает другой вопрос, а с чего господа конспирологи вдруг решили, что в 37-м году тот же самый Фрунзе не мог бы возглавлять военный трибунал по поводу того же маршала Тухачевского? «Первоконники» прекрасным образом участвовали в трибуналах, это всем известно. Да, конечно, Фрунзе вполне мог оказаться на скамье подсудимых по делу о заговоре в рядах Рабоче-Крестьянской Красной Армии, это правда. Шансы здесь 50 на 50. Но говорить со стопроцентной убежденностью, что если бы Фрунзе пережил 25-й год, то в 37-м бы его точно расстреляли, я не стану. Вопреки расхожему мнению, очень многие герои Гражданской войны те репрессии вполне себе пережили. Кроме того, отношение Фрунзе к «Красному Бонапарту» Тухачевскому было, мягко говоря, сложное, вряд ли бы он с большой охотой кинулся в его заговор. Да и какое здоровье было бы у легендарного командира в 37 г., если он разваливался уже в 25-м? Оставался бы он кому-нибудь интересен как политическая фигура или его знали бы лишь как почетного обитателя большевистских санаториев?

К вопросу о героях Гражданской войны: все почему-то помнят Буденного и Ворошилова, остальных вроде бы не осталось, истребили. Но давайте вспомним, к примеру, генерала Апанасенко, героя Гражданской войны, героя ВОВ, трагически погибшего на Курской дуге. Он, «первоконник», вполне себе пережил 37-й год, как и десятки других людей. А полковник Русской императорской армии, будущий маршал Советской армии Шапочников?

Ровно такие же шансы были у Фрунзе. Тем более он со всех точек зрения считался противником Троцкого, именно по этой причине-то его сделали главой Реввоенсовета и Народного комиссариата по военным делам. По сути, Фрунзе был одним из главных критиков Троцкого, вот чем он был ценен и важен Сталину. Его смерть не принесла Генеральному секретарю никаких политических дивидендов, напротив, только создала новые проблемы.

Понятно, обвинить можно любого: Сталина, Кагановича, Микояна, Молотова, Ворошилова. Но никому из них смерть Фрунзе не была нужна в принципе. Фрунзе нужен был им живой, чтобы с его авторитетом навести порядок в Рабоче-Крестьянской Красной Армии, которая после Гражданской войны была вовсе не такой несокрушимой и легендарной, как сегодня принято считать. Проблемы, которые потом преследовали Красную армию вплоть до 42-го года, зародились именно тогда, в 21–22–23 гг. Это как раз в чистом виде плоды деятельности Троцкого, который рассматривал Красную армию как поленницу дров, которые нужно побыстрей закинуть в топку мировой революции. Строительство социализма в одной, отдельно взятой стране? Глупость, по его мнению. Строительство крепкой армии? А зачем, если мировая революция все равно повернет все по-своему? Неинтересно Троцкому заниматься одной страной, не тот масштаб!

Словом, пока Троцкий теоретически обосновывал победу коммунизма во всем мире, реальные проблемы армии множились. Избавиться от них удалось уже только в годы ВОВ.