Читаем Михаил Горбачев: «Главное — нАчать» полностью

Почву для атаки национальных делегаций на федеральный центр дали события в Тбилиси, случившиеся за полтора месяца до начала съезда. 8 апреля 1989 года перед домом правительства в Тбилиси собрался многотысячный митинг под лозунгом выхода из СССР, который был отчасти спровоцирован Москвой, заигрывавшей с Абхазской и Юго-Осетинской автономиями в составе Грузии. В этот день Горбачев и бывший секретарь ЦК компартии Грузии Шеварднадзе находились с визитом в Лондоне. Они вернулись поздно вечером, и в правительственном зале аэропорта Внуково Горбачев выслушал доклад Лигачева: действующий секретарь ЦК КП Грузии Джумбер Патиашвили попросил его как секретаря ЦК, оставленного в качестве первого лица, прислать войска. Горбачев поручил Шеварднадзе лететь в Тбилиси, чтобы успокоить народ. Но для Патиашвили мысль о том, что его предшественник справится с ситуацией, в которой он оказался бессилен, была, по-видимому, невыносима, и он информировал Шеварднадзе, что для срочного вылета нет причин: народ на площади вроде бы успокоился.

Что произошло дальше, комиссия, сразу же созданная Съездом народных депутатов, в деталях установить не смогла, но в столкновениях между митингующими и войсками, приказы которым отдавал командующий Закавказского военного округа генерал Игорь Родионов, в ночь на 9 апреля 16 участников митинга погибли на площади, еще трое вскоре скончались в больнице. Причиной смерти всех погибших, кроме одного случая с черепно-мозговой травмой, стало удушье после вдыхания примененного войсками газа «Черемуха» в сочетании с давкой в толпе. В течение нескольких часов в больницы Тбилиси поступил 251 человек, 183 из них были госпитализированы.

Докладывая съезду о результатах работы комиссии, ее председатель Анатолий Собчак сообщил, что Горбачев не отдавал приказ о применении силы, но ему самому пришлось оправдываться, и позиция, которую он занял в ночь на 8 апреля, выглядела как уклончивая. В результате Горбачев терял легитимность как в глазах депутатов и населения национальных республик, так и в глазах военного командования, которое считало, что он обязан был встать на сторону армии и прикрыть авторитетом главы государства действия военных, пусть даже не вполне адекватные, но совершенные в чрезвычайной обстановке.

За отсутствием легитимного принуждения, когда оно, видимо, было необходимо и оправдано, «авторитеты», в том значении, которое ближе к рассказу моего знакомого «вора в законе», стали сами собой возникать и обретать власть на нижнем уровне: от республик до отдельных деревень.


События в Тбилиси

Апрель 1989

[Из открытых источников]


<p>Феномен крайней жестокости</p>

Рассматривая вопрос в чисто политической плоскости, мы не находим ответа на вопрос, почему национальные конфликты выродились в те чудовищные формы, которые они обрели на Кавказе и в Средней Азии. Вплоть до 1988 года особые черты и привычки этнических меньшинств могли раздражать одних, другие могли их отстаивать, случались и серьезные бытовые разборки, однако до массовых погромов и резни дело никогда не доходило. Даже в Баку (это «даже» означает только, что там в январе 1990 года произошел один из самых страшных погромов) азербайджанцы, армяне и русские уживались мирно. Из Баку мы в том 1990-м тайно, с помощью военных их транспортным самолетом эвакуировали собкора «Комсомолки» с семьей. Он был женат на армянке, и, поймай нас азербайджанские братья собкора где-нибудь по дороге в аэропорт, его жену могли бы и убить.

Обострение азербайджано-армянских отношений началось с обращения областного совета Нагорно-Карабахской автономной области (НКАО) к верховным советам Армянской и Азербайджанской ССР 20 февраля 1988 года о присоединении НКАО к Армении. Исторически НКАО была анклавом на территории Азербайджана, населенным преимущественно армянами (76,9 %). Вопрос был поднят после массовых митингов в столице НКАО Степанакерте. Это привело к волнениям в азербайджанской общине в соседнем Шушинском районе НКАО и азербайджанском городе Агдаме. 22 февраля произошло столкновение с использованием огнестрельного оружия между многочисленной толпой азербайджанцев, направлявшейся в Степанакерт для «наведения порядка», и милицейско-войсковыми кордонами, выставленными на их пути. В столкновении погибли два азербайджанца, 50 человек получили телесные повреждения.

В результате роста взаимной враждебности азербайджанцы стали уезжать из районов Армении преимущественно в азербайджанский город Сумгаит, где они рассказывали о насмешках и якобы (это точно не подтверждено) насилии со стороны армян. Сумгаит был основан в 1949 году как промышленный центр в 25 километрах от Баку с ужасной экологической обстановкой и крайней бытовой неустроенностью. Здесь жило около четверти миллиона человек, среди них 18 тысяч армян. В Сумгаите начались массовые митинги, зазвучали призывы «Смерть армянам!», произошли первые столкновения на этнической почве.

Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже