Михаил Иванович Калинин – президент Страны Советов

…12 декабря все жильцы и гости дома Калинина сидели за вечерним столом и слушали сводку Совинформбюро с сообщением о наступлении Красной армии под Москвой и освобождении оккупированной советской территории. Появился Ворошилов, удалившийся в соседнюю комнату и о чем-то тихо там переговаривавшийся с Калининым. Как потом выяснилось, обсуждался состоявшийся разговор со Сталиным о возможном возвращении Калинина в Москву. Через пару дней позвонил Поскребышев и сообщил, что Калинина ждут в Москве.

Недолгие сборы, и 15 декабря поздним вечером Калинин выехал в Москву. В поездке, 16 декабря, пришли известия об освобождении частями Красной армии г. Калинина (ныне Тверь). 17-го утром поезд был уже в Москве, на Казанском вокзале. Калинин вернулся в свою кремлевскую квартиру.

Новый 1942 г. советские люди встречали, слушая по радио выступление председателя Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинина. Тихо звучал знакомый голос:

«Товарищи красноармейцы, командиры, политработники! Вашим уменьем, геройством, которым восхищается весь мир, враг остановлен… Германская правящая клика просчиталась. Наши силы в борьбе с врагом растут. Мы уверены в победе. Мы знаем, что ни один советский человек не успокоится до тех пор, пока хотя бы один гитлеровец будет топтать священную советскую землю, пока гитлеризм не будет выжжен каленым железом»[357]

.

Наступление под Москвой, знаменовавшее крах немецкого «блицкрига», сделало возможным посетить освобожденные из-под оккупации советские города и населенные пункты. Калинин 11 января 1942 г. принимает решение выехать в Калининскую область.

Подъезжали к областной столице во мраке. Калинина и его сопровождающих встретил город-призрак: груды развалин; застывшие на рельсах покрытые снегом трамваи; рассеченные снарядами стволы тополей, ряды сгоревших домов, на пепелищах которых, словно сказочные чудовища, возвышались кирпичные русские печки. Израненный, изувеченный, обезлюдевший город. Лишь кое-где на улицах можно было заметить одинокие фигурки горожан.

Калинин побывал на заводе имени 1 Мая, некоторые из цехов которого уже работали, встретился с руководителями области, с командующим Калининским фронтом генералом И. С. Коневым. Потом он присутствовал на собрании городского партийного актива. Говорил о сложных задачах восстановления разрушенного хозяйства, о переломе на фронте, о надеждах на лучшее. Закончил же свою речь такими словами:

«В прошлой истории Твери… было немало проявления народного героизма, патриотизма, любви к своей стране, к своему народу. Мне хочется, чтобы и в данный жестокий, но великий героический момент Калининская область оказалась в первых рядах борющихся с врагом, чтобы в этой большой народной драме оказались страницы, на которых ярко запечатлена ваша беззаветная борьба за Страну Советов, за ее народ, за партию»[358]

.

Хотя на западе области продолжались бои, Калинин предпринял 12 января вылазку в с. Городня Завидовского района, что в 30 км от Твери. Как вспоминал один из жителей села, Е. С. Кульков, он куда-то собирался идти, как вдруг вбегает сосед и кричит: «Готовься гостя встречать. Михаил Иванович едет, и у нас остановиться собирается. Сейчас только сообщили». Действительно, через некоторое время подъехало несколько машин. Из одной вышел Калинин. В ближайшем уцелевшем доме почетного гостя усадили в красный угол. Хозяева замялись: угостить-то нечем. Время тяжелое, голодное. На всю Городню одна корова осталась. Предложили молока. «Спасибо, — сказал Михаил Иванович, — я в Твери пообедал».

Вытащил из кармана папиросы, предложил собравшимся. Все закурили. Лестно было выкурить папироску с самим Калининым. Вскоре изба заполнилась народом. Пришли крестьяне из ближайших соседних деревень. На дворе быстро темнело. Зажгли тусклую керосиновую лампу. Так в полутьме и беседовали. Настроение было разное. О многом переговорили в тот вечер.

— За что ни возьмись, все в прах разрушено врагом, — сетовали одни. — Хоть ложись и умирай!