Миллион для Коломбины

– Да здесь дом один пустует, мой младший брат поехал в Москву на заработки, а меня попросил за домом присмотреть. Слава богу, ни кур, ни свиней нет, ходим с супругой огород поливаем, огурчики там, помидорчики, капустку, жалко, если все добро пропадет. Ничего, если без хозяев дом?

– Да, конечно, ничего… – отозвалась Надя, подумав, что так даже лучше. Никто не будет вопросов задавать, в вещах копаться в ее отсутствие. Она останется наконец совсем одна, и у нее будет возможность все хорошенько обдумать, как жить дальше, куда двигаться, пока не пристрелили или не прирезали.

В тот момент она даже и не вспомнила про Григория, о том, где и как он ее найдет. Какой Григорий, когда надо просто спасаться! Он-то сбежал! Бросил ее! Могли бы и вместе отправиться в Михайловск, ничего страшного бы не случилось, и она чувствовала бы себя, во всяком случае, в большей безопасности. Вот дура, какая же она доверчивая дура! Знала ведь, что он эти деньги украл, зачем осталась с ним? Надо было бежать от него, и как можно дальше! А она?! Что она вообще натворила? Переспала с бандитом! Адвокат… Да, может, это его удостоверение было фальшивым! Может, и есть на самом деле в Москве адвокат Григорий Максимов, да только чего стоит вклеить в удостоверение свою фотографию?

Машина, сбавив ход, медленно катила по тихой улочке вдоль домов, пока не остановилась рядом с двухэтажным, обложенным красным кирпичом домом с нарядными новенькими белыми рамами и окошками. Такой чистенький, красивый, оценила Надя. За волнообразным забором из штакетника, выкрашенного в бордовый цвет, зеленели заросли припудренных пылью вишневых деревьев, а рядом с самим домом росла высокая береза.

– Какой симпатичный дом… И чего это ваш брат отправился за счастьем в Москву?

– Да у него там дочка учится в институте, племянница моя, Валюшка. Она такая несамостоятельная, доверчивая, а матери нет давно, умерла она… Вот и решил Валерка поехать вместе с дочкой, чтобы там присматривать за ней. Чтобы не в общежитии она жила, а на квартире. У нас там родственник один цветами занимается, вот Валерка и помогает ему. И денежка бежит, и за дочкой присматривает, они снимают однокомнатную где-то в Кузьминках. Думаю, он все правильно сделал. У нас кто из Красноуфимска в Москву ни поедет, так трагедия. Я имею в виду барышень наших. Дурочки ведь. Жизни не знают. А Москва, она, знаете ли, зубастая как акула. Вмиг проглотит и не подавится. Если бы у меня такая ситуация была, я тоже поехал бы с ней. Кто, как не родители, должны помогать своим детям?

Что ж, теперь все понятно. Надю после этого рассказа немного отпустило.

– Вас как звать-величать, барышня?

– Светлана, – не моргнув глазом, ответила Надя.

– А меня Петр Николаевич Кашин.

– Очень приятно.

– Откуда будете, Светлана?

– Из… Можно, я не скажу вам, откуда я? Я из-под венца, можно сказать, сбежала. Передумала. Уже и платье купили, и кольца, и ресторан заказали… А я передумала. Не люблю его… Он старый… очень…

– Как скажете.

– Мне бы комнатку…

– А чего комнату-то? Весь дом, почитай, ваш! Живите спокойно. Вода есть, газ, колонка, ванна… Магазин здесь, за углом. Только когда будете выходить, запирайте и ключи с собой берите. У нас тут, правда, спокойно, но все равно, мало ли…

– И сколько это удовольствие будет стоить?

– А вы к нам надолго?

– Не знаю.

– В месяц пять тысяч устроит? Почти бесплатно. А деньги я брату буду отправлять. Какая-никакая, а копейка. Он когда уезжал, ему и в голову не могло прийти, что кто-то захочет снять дом. Но раз уж такое у вас положение, так почему бы и не впустить вас? Девушка вы, я вижу, положительная. Учитесь где?

– Я пианистка, – сорвалось с языка.

– Тоже хорошо. Здесь, кстати, и пианино есть. Старое, правда, расстроенное, но при желании можно чего-нибудь сыграть. Я-то далек от этого, ничего в клавишах этих не понимаю. Входите, не бойтесь. Собаки нет, я Шарика к себе забрал, кормлю его гранулами. Все, как с Валеркой договаривались.

В доме было довольно чисто, но очень душно. Надя первым делом распахнула все окна, впустила в дом воздух. Хоть и теплый, но все равно воздух. Запахло прогретыми солнцем листьями, травой, медом.

Старик Кашин показал ей комнаты, ванную, кухню, рассказал, как пользоваться колонкой, Надя протянула ему сразу пять тысяч рублей одной купюрой.

– Вот спасибочки! – обрадовался он. – Если молоко нужно будет, то у соседки вашей, Галины, две коровы, она продаст. И творог есть, и сметана. А на огороде найдете огурцы там, зелень всякую… Телефон мой запишите, мало ли…

Он ушел, Надя проводила его до ворот. Когда машина отъехала, она вернулась в дом, заперлась. Ну вот и все. Теперь она наконец одна. Первым порывом было открыть ноутбук, подключить его к интернету и заняться поисками информации об адвокате Григории Максимове. Но сил почему-то не было. Совсем. И руки продолжали дрожать.