Миллион для Коломбины

– Как она мне потом рассказала, ну, когда мы с ней встретились на похоронах бабушки, она села на первую попавшуюся электричку, сидела и плакала. К ней подсел один молодой мужчина, спросил, не может ли он ей помочь и все такое. Это и был как раз Саша, ее будущий муж. Он видел, в каком она находится состоянии, а потому не мог допустить, чтобы она и дальше покатила в неизвестность, испугался за нее, увидел, что девушка вроде бы хорошая. Предложил выйти вместе с ним на станции, он жил с родителями в Подмосковье, не помню, как называется этот городок… Привел прямо домой, объяснил родителям, кто она и откуда, и она осталась у них переночевать. Он был талантливым человеком, разносторонне развитым, интересным и надежным. Он влюбился в мою сестру, и вскоре они поженились. Тоня рассказала ему, от кого беременна, но никто из родных Саши об этом не знал. Вот так и родилась Надя, дочка «бандита» Поливанова. Они жили в Подмосковье, но мечтали перебраться в Москву. Саше предлагали какую-то очень хорошую заграничную командировку, но не случилось… Он утонул, представляешь?! Такая нелепая смерть! Во время пикника на какой-то речке… Надя тогда еще девочкой была. Для Тони и Нади это стало настоящей трагедией. И они вдвоем вернулись в Михайловск, в бабушкину квартиру (бабушка к тому времени уже умерла). В Михайловске Тоня устроилась бухгалтером в какую-то контору, а Надя перевелась в тамошнюю школу, параллельно училась в музыкалке… Обо всем этом мне рассказала сама Тоня, когда одна наша общая знакомая по Михайловску, с которой мы поддерживали связь и которая очень хотела нас помирить с сестрой, сообщила мне. Я приехала к ним из Москвы, думала, что мы обнимемся, что все станет как прежде… Но из Тони словно душу вынули. Она была очень холодна со мной. – Катя вздохнула, промокнула новые слезы. – Надюша потом поступила в Свердловское музыкальное училище, окончила его и устроилась в михайловскую музыкальную школу. И жили они, моя сестра и племянница, очень тихо и достойно.

Я же к тому времени уже развелась с Мишей, искала работу, образования-то у меня никакого не было, я то дома сидела, то помогала по хозяйству одной семье. А потом как-то увидела на обложке журнала Ваню! Солидный такой, красивый, уверенный в себе, и уже, конечно, никакой не бандит, а уважаемый человек, строит дома, целые поселки… Это было пятнадцать лет тому назад. Да… Я нашла его офис, приехала и записалась на прием. Он сразу узнал меня, когда мы встретились. Приказал принести нам коньяку, мы сидели в его роскошном кабинете, и он расспрашивал меня о Тоне, где она, как, с кем… Конечно, он хотел знать, куда она потом исчезла, почему, ведь он все написал ей в письме. Я ответила, что Тоня предположила, что он ее бросил, потому что она была беременна. И что те деньги, что он ей дал, предназначались в том числе (сумма была крупная) и на аборт. Надо было видеть его лицо, когда он это услышал! Он понятия не имел о ее беременности. Я же вообще не была готова к этому разговору. Я пришла к нему, чтобы попросить его найти мне работу. Нет, я предполагала, конечно, что он спросит меня о Тоне, но вот рассказывать ли ему о существовании Нади или нет – не знала. Я окончательно запуталась. Я не хотела, чтобы они встретились – Ваня и Тоня. Потому что тогда вскроется, что я забрала те деньги, что он оставил ей… Понимаешь?

Григорий кивнул.

– Я подтвердила, что Тоня сделала аборт и уехала, потом вышла замуж, ну а потом – про смерть ее мужа. Он так нелепо погиб, утонул… Причем утонул, спасая Тоню, которая по неосторожности заплыла далеко. Ну и про возвращение в Михайловск…

– Так ты не рассказала ему, что у него есть дочь?