Миллионер, Париж и туфелька

– Поехали на Набережную? – вконец отчаявшись, предлагаю я. – Пообедаем в ресторане и покатаемся на катере.

– Поехали, – соглашается она.

Я возвращаю ей флешку, и мы медленно покидаем отцовский дом.

Моя машина ждет нас у ворот. Я открываю Оле дверцу, жду, пока она устроится, и занимаю водительское место рядом с ней. Включаю зажигание, и мы не спеша вливаемся в поток городских автомобилей.

Я останавливаю машину у спуска к воде. Оля первой выбирается на дорожку и ждет, пока я ее догоню. Я беру ее за руку, и мы прогулочным шагом идем по роскошной, вымощенной мраморной плиткой набережной. Отовсюду слышится веселая музыка, кафе и рестораны зазывают посетителей яркой рекламой. Пароходы у пристани, один за другим, отходят на часовую прогулку.

Мы с Олей не разделяем веселья. Кажется, радость, переполнявшая нас все эти дни, вдруг резко померкла.

Впереди итальянский ресторанчик, на веранде которого уютные столики с диванчиками из ротанга.

– Давай пообедаем здесь? – сжимаю я руку Оли чуть крепче. Она соглашается кивком головы. И больше ни слова.

Мы садимся за красивый столик. Некоторое время созерцаем вид на воду и проходящие мимо баржи и мелкие судна. Оля все время молчит, и меня это огорчает.

В полном молчании мы листаем меню, потом выбираем итальянскую пасту и десерт. Оля заказывает бокал сухого вина. Я кофе. Я вообще не употребляю спиртное. Очень редко, если того требуют правила, могу выпить шампанского. У меня аллергия на алкоголь.

В ожидании заказа мы смотрим на воду.

– Ты ведь не вернешься, да? – вырывается у нее.

– Оль… – я тяжело вздыхаю и беру ее руки в свои.

Она не смотрит мне в глаза, просто продолжает пялиться на грязную воду реки.

– Повернись ко мне, Оленька… – отчаянно сжимая пальцы ее рук, прошу я.

Она медленно поворачивается. В голубых глазах стоят слезы.

– Не знаю, зачем я в тебя влюбилась… Ведь знала, что ты уедешь.

– Мы не расстаемся, Оля! – я нервничаю не меньше нее. – Просто я улетаю в Париж, у мамы помолвка. А потом… потом мне нужно время, чтобы разгрести дела.

Оля замолкает и снова смотрит на воду, а не на меня. Мне совсем не нравится ее настрой. Кажется, она совсем не верит, что у нас может быть будущее.

Официант приносит наш заказ. Просто невыносимо давиться пастой, когда тебя затягивает такое мрачное настроение.

Оля медленно потягивает вино. Я знаю, она пытается принять тот факт, что с завтрашнего дня все будет по-другому. Меня уже не будет рядом. Я уеду на неопределенное время. И, как последний подлец, я даже не могу дать ей какое-то обещание. Просто потому, что мне еще нечего обещать.

– Знаешь, Макс, лучше не надо ничего обещать, – будто читая мои мысли, задумчиво произносит она. – Пусть все идет своим чередом. Нельзя привязывать себя обещаниями, если к чему-то не готов. Возможно, нам лучше остаться друзьями.

– Оля…

Она одним махом допивает остатки вина в бокале и жестом прерывает готовый сорваться с моих губ поток противоречий.

– Я слишком долго совершала одну и ту же ошибку, Макс, – грустно улыбается она. – Я пыталась заставить работать то, что уже давно не работает. Ничего хорошего не выходит, когда насильно связываешь себя какими-то обещаниями, даже не зная, что ждет тебя впереди.

– Оля! Я люблю тебя, понимаешь?

– Если любишь, вернешься.

Оля старается говорить уверенно, но я чувствую, что она держится из последних сил.

– Я с тобой не согласен! Категорически не согласен, ясно? – обиженно посматриваю на нее я. – Дай мне время. Хотя бы пару недель! Не надо вот так резко вычеркивать из своей жизни то, что стало так важно для нас двоих!

– Я тебя не вычеркиваю. Просто я не верю в сказки. Я уже большая девочка, Макс. Я понимаю, что мы с тобой совершенно разные. И жизнь у нас разная. Я не хочу, чтобы ты себя заставлял что-то делать из чувства долга или вины. Мне это ни к чему. Оставим все, как есть. Оставим нас с тобой здесь, на этом месте.

Я смотрю на нее, и меня переполняет ярость. А я еще думал, что это я упрямый. Куда там! Попробуй, переубеди мисс независимость, которая вбила себе в голову, что я ее обязательно брошу.

– Ровно до того момента, как я вернусь обратно! – рычу я. Опять моя черта получить желаемое любым способом дает о себе знать. Только на этот раз на кону моя личная жизнь.

– Я тебя ни к чему не принуждаю. Только если этого захочет твое сердце… – продолжает петь свою песню Оля. – Пожалуйста, закажи мне еще один бокал вина.

– Иначе ты не сможешь сыграть свою красивую роль до конца? – с усмешкой произношу я и взмахом руки зову официанта.

– А что, даже если и так? – ее бравада куда-то исчезает, и в голубых глазах снова блестят слезы.

– Тогда прекрати играть на публику и бросаться красивыми словами о том, что отпускаешь меня на все четыре стороны! – вконец взрываюсь я. – Потому что я никуда не собираюсь! Только в Париж, на гребаную помолвку моей мамы с мсье Гратином!

Кажется, эта помолвка перепортила жизнь нам всем. Кириллу испортили праздник, а меня вынуждают расставаться с Олей раньше времени.