Мир, который не вернуть. Том 1. Начало

Павлов пошёл в сторону голых кустов. Летом здесь бурлит жизнь. Сейчас же можно спокойно проходить. Странное совпадение, что апокалипсис случился осенью. Если задуматься, то это действительно самое подходящее время для смерти мира.

Через минуту Павлов вышел обратно:

– Идёмте, я там тропинку нашёл, – и пошёл обратно. Мы пошли следом. Максим замыкал цепь.

Тропинка оказалась узкой дорожкой вдоль обрыва. Сухая земля крошилась под ногами, и иногда нога соскальзывала.

Дорожка закончилась возле лесопилки. Здание было огорожено огромным забором из красного кирпича – старое здание. Наверху, вдоль всего забора, была колючая проволока. Само здание лесопилки было зелёным – мне это показалось глупым.

Огромные коричневые металлические листы-ворота были приоткрыты. Из внутренней территории шло мычание и шарканье.

– Сейчас посмотрю, – Майк нагнулся и посмотрел под ворота. Он отшатнулся, вылезая: – Валим!

Я сначала не понял о чём он, но увидев руки, что начали тянуться из-под ворот, сразу всё понял.

Восставшие были за забором. Судя по звукам – много восставших. Мы забежали в здание. Павлов закрыл дверь.

– А почему мы забежали внутрь здания? Лучше же просто убежать, разве нет? – я непонимающе посмотрел на Павлова.

– Мы пришли сюда за машиной, и без неё мы не уйдём, – отрезал Павлов, смотря на часы. – Тем более, здесь точно должна быть машина.

«Всё равно оставаться здесь – безумие. Их там неизвестно сколько… Что мы можем против стольких… монстров? Мы же просто погибнем», – я решил не высказывать эти мысли – тут и так всё было очевидно.

– Попробуем их обойти, – предложил Павлов. – Вы идите, а я за вами.

Мы шли медленно чтобы не шуметь. Павлов сказал, что это была проходная.

Как-то раз, в средних классах, нас водили на экскурсию сюда. Здание делилось на два крыла. В одном были раздевалки и вроде бы цеха для обработки дерева. В другом крыле – администрация, выход к внутреннему двору и стоянке.

В дверь, в которую мы вошли, начали стучать и скрести. Она открывалась наружу – у нас было немного времени. Мы ускорились, потому что скрываться не было смысла, и от них шум был сильнее.

На полу лежал какой-то мусор вроде опилок и листов. По пути я заглядывал в открытые двери. Картина была тоже жутковатой. Зелёный цвет стен, полупившийся в некоторых местах, не блистал красотой, а наоборот был каким-то угнетающим. Он добавлял зловещее ощущение этому зданию. Кабинеты были опустошёнными и разграбленными. Всюду на полу валялись бумаги, мусор.

Павлов шёпотом дал команду стоять и прикрывать с тылу, пока они с Майком пошли на разведку к стоянке.

Где-то вдалеке здания послышался грохот и мычание. Звуки волочения и мычания с каждой секундой становились всё ближе. Появилось неприятное чувство будто нас ищут… и скоро найдут.

Я начинал паниковать и ходить возле двери. Максим сел на пол у стены, он со страхом смотрел в коридор где были восставшие. Я заметил как у него трясутся руки. Он посмотрел на меня, но ничего не сказал.

На улице послышался глухой звук чего-то упавшего. Восставшим до нас оставалось всего несколько метров, одна перегородка.

Павлов открыл дверь и жестом приказал следовать за собой. Он держал дверь, пока мы выходили, и закрыл её за нами, приставил к ней деревянную лавочку.

– Это их немного задержит, – пояснил он, отходя от двери. – Будем надеяться на это.

Мы свернули за угол и увидели машину. На земле рядом лежало четыре тела бывших людей. Одежда на них была грязной и порванной. Это была рабочая одежда. Двое из них были в касках.

Мы буквально влетели в небольшой грузовичок. Майк возился с чем-то под рулём.

– Не получается? – Павлов нервничал. Я видел на его лице панику, но он не давал ей взять над собой вверх.

– Да сейчас… – ответил Майк, что-то щёлкнуло, и машина загудела. Я впервые увидел улыбку на его лице, пусть и совсем лёгкую, но через секунду она исчезла. – Теперь можно ехать.

Несколько восставших вылетели из здания, но они уже не могли остановить машину. Один из них схватился за кузов, но Майк поехал быстрее и восставший не удержался.

Вы выехали на главную дорогу, я смотрел в окно.

Однообразные серые деревья и пустая дорога вгоняли в тоску. Мы проезжали мимо домов, магазинов, школ, баров, кафе, целых районов – они пугали своей мёртвой пустотой. Казалось, что будущего нет. Только голодные бездумные глаза смотрели нам в след.

Пара бегунов пыталась угнаться за нами, но у машины всегда преимущество. Непроизвольно я задумался: