Мир, который не вернуть. Том 2. Год первый

Я шёл мимо этого всего и думал о том, что мы сделали со своим миром – да, именно со своим, потому что весь остальной мир лишь вздохнул свободнее без человека. Несколько раз видел в деревнях диких животных: бобра, рысь. Посреди города встречал волка. Без человека всему остальному миру стало лишь легче. Единственное наследие, которое мы оставили после себя – это кучи мусора в лесах и огромные пустующие бетонные муравейники. Но и они постепенно находят новых хозяев… или ещё ждут, пока окончательно умрут старые.

Через несколько часов, чуть вниз по дороге, за поворотом, показалось первое здание – небольшая подстанция. Щит слева говорил о том, что до Сарума оставался километр. На часах было «15:56». Небо начинало потихоньку темнеть – времени оставалось совсем мало. Лучше будет найти какой-нибудь многоквартирный дом до ночи, и попытаться там переночевать.

Я прибавил шагу, насколько мог, потому что от голода скрутило живот.

«Ещё немного… совсем немного…»

Через несколько минут, вдалеке, показались кучи маленьких построек – гаражи. К ним в сторону шла дорожка. Это точно было не то, что мне нужно, но я решил посмотреть, что же там. Ещё через минут восемь я уже шёл среди них: облупившаяся, потускневшая краска, кое-где двери разъедены ржавчиной, ковёр сухой травы под ногами – вот и всё, что осталось. За ними виднелось небольшое поле, которое упиралось в линию деревьев. К кооперативу подходила асфальтная змейка, которая шла от шоссе и вела к городу.

Через ещё минут двадцать я уже был среди бетонных заборов заводов, за которыми стояли тёмные коробки и огромные высокие трубы. Вспомнил, что на уроке географии говорили о том, что это один из небольших промышленных городов.

Я шёл где-то полчаса до первого дома – серая длинная высотка стеной стояла вдоль дороги. За ней были такие же бесцветные многоквартирные уроды.

Начинало темнеть.

Я прошёл за дом и оказался в небольшом дворике. Посередине стоял небольшой синий закрытый ларёк. Окна были прочно скрыты за железным роллетом. Подошёл поближе и увидел вдалеке, чуть в стороне от дальнего дома, три фигуры – восставшие. Двое были пригнуты к земле, а третий, в центре, стоял, высоко задрав голову.

– Два бегуна и крикун, – тихо проговорил я. Шуметь нельзя. От бегунов не сбежишь… да и крикун может запросто созвать всех остальных, кто рядом притаился. – Что же делать…

Я развернулся, чтобы уйти, но в проходе, через который я пришёл, уже было двое восставших. Они шли, пошатываясь, в мою сторону.

– Блять… – нервно сказал я и зашёл за ларёк, чтобы уйти из вида. Нужно было куда-то сбежать. Сейчас драться с ними – самоубийство. Посмотрел по сторонам: в доме возле меня стоял домофон – отлично. Значит, двери были открыты.

Я пригнулся к земле и таким образом перебежал к ближайшему подъезду. Восставшие, мыча, шли в мою сторону. Я вбежал на лестницу подъезда и дёрнул за ручку – металлическая дверь чуть не влетела в стену, но я вовремя её придержал и аккуратно закрыл за собой. Затем быстро достал из рюкзака фонарик, включил его, и пошёл вверх по лестнице. Было очень тихо. Буквально мертвецки тихо. На полу, у лифта, валялись кучи разных пожелтевших листиков. Все квартиры на первом этаже были с тамбуром, поэтому выломать их – нереально. Пошёл выше. На втором этаже – то же, и на третьем… Внезапно прозвучал стук внизу, потом ещё один, и мычание. Восставшие попали внутрь. Я решил не обращать внимания и подниматься дальше. Лучше было подняться как можно выше, поэтому сразу пробежал несколько пролётов и остановился на седьмом этаже. Здесь, с одной стороны, было две деревянных двери, на одной из которых мелом была начерчена цифра «25», а другая была такая хлипкая, будто временная, но открывалась наружу. Справа было две металлических. Лучше будет заняться деревянными. Шум внизу к этому времени уже успокоился – видимо, восставшие потеряли мой след. Теперь снова была тишина, которую разгоняли лишь редкие завывания ветра в подъезд через разбитое окно, и шум моих шагов.

Первая дверь оказалась прочнее, чем мне показалось изначально и выдержала удар. Ударил плечом ещё раз – ничего. Затем немного отошёл, и с разгона внёсся в неё – та с треском отлетела в сторону. Хорошо, что она открывается внутрь: можно чем-нибудь заставить и укрепить. Я аккуратно зашёл внутрь очень пыльной, но убранной, прихожей. Возле двери стоял небольшой деревянный комод. Очертания квартиры оказались знакомы: почти такая же планировка была у Миши.

– Интересно, как он там? – тихо сказал я, проходя в тёмную квартиру.

«Какая тебе вообще разница?»

– Не знаю… интересно.

«Надеешься, что он сдох?»

– Нет, я… не знаю. Просто интересно.

«Этот пидор сдал тебя и потом бровью не повёл, когда смотрел как тебя забирали в тюрьму. Разве ты не хочешь ему отомстить, а?»

– Я не знаю, он ли там был, – проговорил я с неожиданной злостью. Голос уже начинал меня бесить.

«Временами мне кажется, что ты всё ещё наивный ребёнок»

– По-твоему, перестать ненавидеть – это плохо? Может, ещё и друзей иметь не нужно?