Мир, который не вернуть. Том 2. Год первый

Света ушла вперёд, а я остался стоять настороже. Отсюда открывался вид на ночной город.

«Чёрт… здесь так высоко. Зачем мы вообще сюда полезли?.. И где, чёрт побери, сама Света?»

Её уже не было минут десять.

Облокотился на небольшой железный забор. По всему балкону гулял ветер. У меня дрожали ноги.

Я смотрел с высоты одиннадцатого этажа – внизу всё ещё было темно, ничего не видно. Но вдали, на самом краю горизонта, уже светлело небо – близилось утро.

Через ещё несколько минут появилась Света, выглянув из лестничного пролёта.

– Идём, – бросила она и сразу же исчезла.

Подобрал рюкзак с пола, включил фонарик и двинулся следом. Здесь стоял тяжёлый запах мочи, который, кажется, отсюда не выветрится никогда. Вся лестница была заляпана маленьким белым засохшим помётом. Ветер сильно гудел, пролетая по пустующим много месяцев лестничным проёмам, и где-то внизу хлопала со скрипом дверь.

– Ты чего там застрял? – крикнула Света сверху.

Прибавил шагу, стал идти через ступеньку. На лестнице было темно – только мой фонарик создавал небольшое кольцо света, и где-то вверху плясала полоска другого фонарика.

Пробежав несколько пролётов, увидел цифру «15», а на следующем этаже ждала Света, придерживая рукой металлическую решётку двери, за которой был проход на крышу.

– Долго ты, – улыбнулась она. Её лицо было каким-то серым.

«Может, показалось?»

Она прошла внутрь, а я прошёл следом. Рюкзак совсем не ощущался, будто и не было его вовсе.

– А зачем нам туда? – спросил, когда мы оказались у лестницы на крышу.

– Надо, – ответила Света. – Посвети-ка мне.

Она спрятала свой фонарик. Я направил луч света на лестницу – Света в несколько секунд оказалась наверху и теперь возилась с замком.

– Дай свой нож, – сказала она с тяжестью. Вытянул рукоятку из чехла и протянул ей. – Спасибо…

Она возилась около минуты, но всё же замок щёлкнул, и дверца отлетела в сторону, прижимаемая ветром. Света перекинула ногу, а затем и сама скрылась в темноте ночи.

– Давай сюда, – сказала Света откуда-то сверху.

Я убрал фонарик, затем поставил ногу на лестницу – та слегка пошатнулась. Было страшновато, но я поднялся выше, а затем ещё, и ещё, и через несколько секунд оказался на самом верху. Тут нужно было перекинуть ногу за железную дверцу, а затем уже вылезти самому. Я глянул вниз – чуть справа, внизу, была лестница, по которой мы пришли.

«Два этажа, получается… можно легко убиться»

Вылез на крышу и прикрыл дверцу за собой. Уже было заметно светлее – небо не было чёрным, а, скорее, тёмно-синим.

Света стояла у перил на самом краю крыши. От неё шла тоненькая струйка серого дыма. Я подошёл и встал рядом.

– Как тебе город? – спросила она, выдыхая табачный дым. В её руках была маленькая сигарета с маленькой огненной шляпкой на краю.

Огромные бетонные коробки, которые пустовали уже не первый месяц, окружали заросшие дворы. На дорогах здесь стояло несколько машин, безнадёжно разворошённых. По всей улице шныряли тысячи тёмных тел – восставшие. Они ходили, пошатываясь, из стороны в сторону, совсем без логики и какого-то смысла.

Среди обычных восставших выделялись с десяток тех, кто поднял кверху голову, чтобы первыми учуять добычу, а ещё около сотни бегали на четвереньках – чтобы её догнать. Странный симбиоз ради выживания.

– Зачем мы здесь? – я решил задать вопрос в лоб.

Света поднесла сигарету к губам и глубоко затянулась, подержала дым секунд пять, а потом легко и плавно его выдохнула.

– Знаешь, Костя, мир ведь не так прост, как тебе кажется, – сказала она тихо.

– Ты о чём? – я уставился на неё.

Света снова затянулась, выдохнула, а затем бросила сигарету – маленький огонёк, подхваченный ветром, скрылся внизу через несколько секунд.

– Это наше наследие, Костя. Это мы, люди, сделали, понимаешь? Вот те, что ходят, мы с тобой – все. Это результат нашего существования – его апогей. Люди миллионы лет развивались. Тысячи лет создавали культуру. Кто-то подумал, что это не та дорожка: что она расчеловечивает нас… и захотел вернуться в каменный век, но разочарованно признал это невозможным. Конечно, кто-то сказал, что можно вернуться и с технологиями, как будушее, даже попытались что-то сделать, но… Мы смогли и так, как видишь, – она провела рукой по воздуху. – Теперь мы выходим на охоту, разоряя магазины. Убиваем, чтобы отобрать последнее и протянуть самим пару недель… Хотя, нет – мы создали бетонные джунгли, и теперь просто живём по их неписанным законам. Мы здесь местные животные: кто-то хищник, кто-то жертва. Некоторые пытались как-то возвысить нас, но внутренний зверь оказался, в итоге, сильнее – теперь уж его воля. Это наше наследие, Костя. И моё. И твоё. Понимаешь?

Она повернулась, а затем резким движением схватила меня за ногу и перекинула через ограду – я еле успел схватиться рукой за перила.

– Что ты делаешь? – крикнул я. Света смотрела на меня с сожалением.

– Ты должен принять… – после этих слов она сама перелезла через ограду, с силой ударила меня по руке, и прыгнула сама вслед за мной. Она крикнула по ходу: – Извини, но так нужно!

* * *

Кто-то тихонько пихал меня в плечо: