Миссия «Один»

— Он засунул в немецкий магазин французскую обойму. У французских винтовок обоймы традиционно чуть меньше, чем у немецких. А этого хватает, чтобы разнести стрелковый механизм.

Они въехали в глубокую узкую долину, по обеим сторонам которой возвышались сонные горы. Шеванне застонал.

— Мы должны остановиться, Джек, — сказала Анна. — Ему необходима медицинская помощь.

— Остановимся у какой-нибудь фермы. Может, удастся выяснить, что происходит на свете.

Они достигли стоявшей у реки деревни под названием Лиа. Подъехав к красному фермерскому дому с белой изгородью, Таннер затормозил:

— Этот выглядит покрасивее прочих.

— Думаете, у них есть приемник?

— Именно на это и надеюсь.

Фермер и вся его семья спали, однако появление двух грузовиков с солдатами их, похоже, не встревожило. После того как закончились бои под Утта, мимо прошло немало частей, сказал фермер Нильсену. Британцы отступали.

— Вы последние, — прибавил фермер. — Так что лучше поторопитесь.

Фермер и его жена сварили кофе, поделились с гостями хлебом. Анна осмотрела Белла и Шеванне.

Рана Белла оказалась достаточно чистой — пуля прошла через руку, у плеча. А вот голова Шеванне внушала тревогу. Правая скуловая кость была разбита, в щеке глубокая рана. Пока Анна перевязывала его, он заходился криком.

— Ему необходимо обезболивающее, — сказала она.

— У меня его нет, — ответил Таннер.

Не было обезболивающего и у фермера, зато у него имелось виски, и он предложил бутылку Анне:

— Возьмите вот это.

Они соорудили для лейтенанта подобие постели и уложили его в кузове первого грузовика.

— Переоденьтесь в нашу форму, — приказал Таннер солдатам.

Они продолжили путь на север, только теперь Таннер и Анна были в кабине одни. Она зевнула, положила голову ему на плечо. От прижавшегося к нему тела Анны исходило тепло. Если им удастся добраться до Ондалснеса, может быть, она согласится отправиться с ним в Англию? Он очень на это надеялся.

— Как вы? — спросил он.

— Не знаю. Устала. Я все думаю о прошлой ночи. И о Ларсене. Я так боялась, что он вас застрелит.

— На это ему пороху не хватило бы. Что он рассказал Нильсену?

— Сказал, что немцы угрожали его семье. И все время повторял: «Я бы сдал вас в Оксете, но я хотел защитить Стига». А Нильсен ответил: «Хороша защита». И убил его.

— Какая все-таки кровавая неразбериха, — вздохнул Таннер.

— Немецкий самолет! — крикнул кто-то из кузова.

— Дьявол! — ругнулся Таннер.

Сейчас они были как на ладони. Таннер почувствовал, как Анна сжала его руку.

— Спрятаться некуда, — сказал он. — Остается надеяться на лучшее.

Он нажал ступней на педаль газа и крикнул:

— Ты видишь их, Мак?

— Да, сержант. Четыре, идут за нами, «мессершмитты», сто десятые.

Самолеты уже пикировали на них, две дорожки пуль взрыли землю слева от машины. Еще одна очередь прорезала дорогу поперек, и несколько пуль ударили в капот. Таннер вильнул в сторону, потом выровнял грузовик, однако двигатель «опеля» уже захлебывался, а из радиатора повалил пар.

Самолеты унеслись вперед.

— Они вернутся, Джек? — спросила Анна.

— Сомневаюсь, — ответил он. — Скорее всего, они летят бомбить Ондалснес.

Двигатель машины хрипел и кашлял, и Таннер сдал ее к обочине и остановился. А затем выпрыгнул из кабины и побежал ко второму грузовику.

— У нас все нормально, — крикнул ему Нильсен.

— И на том спасибо, — сказал Таннер. — А в нас попали.

— Побыстрее перебирайтесь к нам, — сказал Нильсен.

Через десять минут они уже снова были в пути. Теперь Таннер и Анна сидели в кабине с Нильсеном.

— Далеко нам еще? — спросил Таннер.

— Километров шестьдесят, — ответила Анна.

— Останавливаться мы не можем, — заметил Нильсен. — Придется рискнуть.

Они проехали несколько миль, потом еще несколько. Таннер жалел, что не он сидит за рулем — хоть было бы чем заняться. Долина больше не казалась ему прекрасной — она походила, скорее, на смертельную западню.

Они миновали еще одну деревушку, Бруде.

— Сколько осталось? — спросил он у Анны.

— Думаю, около сорока километров.

— Самолеты! — крикнул из кузова Сайкс. — Много!

Таннер высунулся в окно. Он увидел лишь точки на горизонте и все же различил, что идут они двумя боевыми порядками — один над другим. В сотне ярдов впереди дорога делала поворот, за которым прямо к ней выходил лес.

— Успеем ли мы обогнуть поворот? — это была всего лишь мысль, но высказанная вслух. Он снова высунулся в окно и увидел, что самолеты нижнего формирования направляются к ним.

— Ну вот! — сказал он. Они уже были у самого поворота. — Сдайте к обочине, сэр. Все из грузовика, быстро, и в лес!

Он выпрыгнул из кабины, подбежал к заднему борту грузовика, с помощью Сайкса взвалил Шеванне себе на плечи и понесся к деревьям. Таннер едва успел соскочить с дороги, как первая очередь прочертила по ней линию прямо за его спиной. Опустив Шеванне на землю, он присел за стволом дерева. Первый самолет, ревя, пронесся над его головой. Пули били по ветвям, по дороге. Одна из очередей прошила грузовик. Секунду спустя послышался глухой взрыв, и машину охватило пламя, пожиравшее брезентовый верх кузова и его деревянные борта.