Миссия «Один»

Состав с боеприпасами стоял дальше от входа в туннель, чем первый, пассажирский. Двадцать минут спустя Таннер и его солдаты вернулись к грузовику, неся деревянный ящик с гелигнитом, ящик с гранатами, четыре жестянки бикфордова шнура и четыре с детонаторами. Карманы их были набиты обоймами с патронами калибра 0,303.

— Что-то долго вы там возились, — проворчал сидевший за рулем морской пехотинец. — Лезьте в кузов и давайте сматываться отсюда к чертям.

Вернувшись на позицию морской пехоты, они разгрузились и доложили о своем появлении лейтенанту Линдсею.

— Удачно съездили, сержант?

— Очень, сэр, — ответил Таннер. — А теперь, не покажете мне, где тут у вас что?

Позиция была, как вскоре понял Таннер, удачной — об этом позаботилась сама природа. По обоим берегам реки круто уходили вверх склоны долины. Прямо за позицией по горному скату вливалась в Логен горная речушка. Шедшие по долине дорога и железнодорожная ветка от горы были отрезаны. Морские пехотинцы лейтенанта Линдсея размещались между северным склоном долины и рекой Логен, которая стала от тающего снега бурной и быстрой. Минометный расчет и оба пулеметных расчета окопались за сооруженными наспех брустверами, остальные солдаты использовали естественные прикрытия.

Закончив осмотр, Таннер собрал своих людей.

— Что скажешь, Стэн?

— Ну что, сержант, надо бы взорвать в паре мест дорогу, поставить мины-ловушки — проволочки натянуть между деревьями, то да се. Когда они объявятся, нам понадобится поле для обстрела — ну и время, чтобы успеть смыться.

— На каком расстоянии отсюда?

Сайкс пожал плечами:

— Ярдов шестьсот?

Таннер согласился:

— Годится. Но сделать все надо быстро.

В Винстре рейхсамтсляйтер Шейдт переживал один из худших дней в своей жизни. Рано утром он получил потрясшее его сообщение о том, что Один ускользнул снова. И пока тянулось утро, масштабы обрушившейся на Шейдта катастрофы становились все более очевидными. Сначала был найден труп Хенрика Ларсена, затем из штаба люфтваффе поступило сообщение о том, что обнаружены и обстреляны два шедших на север грузовика. Либо Один уже убит, либо он смог добраться до союзников.

Вскоре после полудня Шейдт потребовал приема у генерала Энгельбрехта и получил его.

— Генерал, настало время…

Генерал поднял перед собой ладонь, заставив его замолчать.

— Момент, — сказал он и провел Шейдта в комнату для инструктажа. Там он указал на карту. — Вот здесь, герр рейхсамтсляйтер, находятся три взорванных моста. Они значительно замедлили наше продвижение. — Энгельбрехт вздохнул. — Сегодня около семи вечера наши части выйдут к Верма. Люфтваффе утюжит тамошние позиции британцев и бомбит Ондалснес.

— А Один? Вы должны предпринять еще одну попытку…

Энгельбрехт повернулся к нему:

— Предпринимать что бы то ни было в связи с Одином я не собираюсь. Меня уже тошнит от Одина. И от вас тоже! Я потратил достаточно времени и потерял много людей, обшаривая горы, вместо того чтобы руководить сражением. И что я узнал? Что ваши разведывательные данные так же надежны, как снег в пустыне! Враг проводит эвакуацию, и моя задача — добиться, чтобы отсюда ушло как можно меньше вражеских солдат. Так что, будьте добры, покиньте мой штаб.

— Вы не имеете права так разговаривать со мной! — запальчиво заявил Шейдт. — Я доложу об этом Тербовену.

— Избавьте себя от лишних хлопот, герр рейхсамтсляйтер. Я уже разговаривал с ним. И поверьте, ваши успехи его не порадовали. А теперь убирайтесь с глаз моих!

Таннер и его люди подорвали дорогу и железнодорожный путь в трех точках, находившихся в пятидесяти ярдах одна от другой. Кроме того, они свалили изрядное количество деревьев и соорудили из них завалы, разместив в них целую сеть мин-ловушек — так, чтобы при любой попытке разобрать завал взрывался заряд гелигнита, а то и не один. Не поскупились они и на гранаты с детонаторами, понаделав из них и из проволоки мины-растяжки, которые установили между деревьями, росшими выше дороги.

После полудня над ними прошли две волны бомбардировщиков, сбросивших бомбы по обоим концам туннеля, а затем отправившихся бомбить Ондалснес. Однако туннель остался незаблокированным, а крошечный порт продолжал работать.

Здесь же, на земле, неприятель показываться не спешил, и это позволило Таннеру и его солдатам добавить последние штрихи к сооруженной ими дьявольской паутине. Они установили вдоль дороги разделенные порядочными интервалами упаковки гелигнита, прислонив их к камням или укрыв за холмиками земли, но так, чтобы их было видно с позиции морских пехотинцев.

— Чертовски хорошая мысль, сержант, — сказал Сайкс, вручая Таннеру последнюю из своих упаковок.

— Подальше положишь, поближе возьмешь, Стэн. Ящик при тебе? — Он торчком поставил посреди дороги деревянный ящик, уложил на него сверху последнюю упаковку. — Ладно, где Хеп? Мне нужны трассирующие пули. Хеп?

Хепуорт подбежал к Таннеру от одной из «песочниц», как уже успели окрестить их солдаты, отдал ему пригоршню обойм.

В нескольких милях от них блеснуло отраженное стеклом солнце.