Мистер Сыщик: Взрыв Нью-Йорка (СИ)

-Да уж, - я раздраженно нанес резкий удар - груша колыхнулась, и тут же вернулась на место, - одна сплошная лажа, - я свирепо начал дубасить грушу, будто это было лицо того мерзавца.

-Бедные жертвы, - вздохнул Таррел, - если бы только они подозревали о том, что может привидится сумасшедшему в их обликах, в невинной костюмированной игре.

Перед глазами мелькнул мой недавний сон, предостерегающая встреча, или игра воображения, как тут понять…? Я помрачнел и остановился, тяжело дыша. Руки в перчатках были сжаты в кулаки и готовы к удару.

-Зак, ты в порядке? Что, перерыв делаем? – услышал я удивленный голос напарника.

-Я в норме, - хмуро отозвался я и рассеяно продолжил боксировать.

Тишину зала нарушали лишь звуки наших ударов и прерывистое громкое дыхание. Я резко, порывистыми рывками подскакивал с разных сторон груши, словно вокруг живого человека, и со всей силы, резко и неожиданно бил, тренировал на ней свои удары. Мышцы были напряжены до предела.

-Как думаешь, - вдруг спросил Таррел, вытирая пот со лба и поправляя взмокшие волосы, - что связывает Пейдж с мистером Горном?

-Что? О чем ты? Он же только похоронил невесту? – изумленно воззрился я на друга, даже прекратив упражнения.

-Я не о нем, - помялся Майк.

-Ах, вот оно что! Да, вроде, ничего особенного, а зачем тебе?

-Ну, видишь ли…

-Стоп! – я скривился, - погоди! Ты же не хочешь сказать, что…

-В общем и целом, да.

-Тебе понравилась эта задира? Серьезно? Да брось! Она же просто дерзкая, самоуверенная, властная выскочка! А как она себя ведет! Что не поступок, то приказ! – я фыркнул.

-Но почему ты ее так невзлюбил? – удивленно спросил Таррел.

-Хм, дайте-ка вспомнить! Она пришла и… начала раздавать указания. Потом мы пошли в морг, где она… вот незадача, снова раздавала указания! И у клуба «Рhantasmagoric» она тоже делала что?

-Ну ладно тебе, она просто еще не вжилась в коллектив и, наверное, на прежней работе выработала определенную привычку… Разве это не сексуально? Умная, уверенная, упрямая, даже немного властная.

-Парень, - я скептически усмехнулся, - я не желаю слышать о твоих предпочтениях в женщинах в такой момент.

-Чем он хуже любого другого? – со смешком спросил Майк.

-У нас нет под рукой виски, - прищурился я.

Таррел ухмыльнулся, а я продолжил боксировать. Остаток тренировки мы провели молча. Майк, по-видимому, задумавшись о нашей новой коллеге, что так ни разу не назвала меня по имени, а я, размышляя о причинах, почему она этого до сих пор не сделала. И что мой друг нашел в этой особе? Они же совсем не похожи. Хотя, наверное, именно это его и привлекало.

На следующее утро я смог наконец-то выехать на работу вовремя, не попасть ни в одну пробку и примчаться на парковку, с величайшим удивлением замечая, что возле участка толпиться пресса. Как ни странно, я снова что-то пропустил.

Все в отделении тревожно о чем-то переговаривались и ходили злые, словно собаки. Конрад тарабанил по клавиатуре компьютера с непривычной рьяностью, Робинсон чертил на белой что-то маркером. Таррел раздраженно говорил что-то по телефону, а Пейдж беседовала с мистером Льюисом сдержанными короткими фразами.

Майк с громким стуком поставил трубку на базу, и я подошел к нему:

-Что стряслось?

Приятель, нервно подергивая пуговицу на белой рубашке, с досадой махнул левой рукой и произнес:

-Зальцман в камере повесился.

Я опешил. Первое, что пришло мне в голову – это невозможно. Нет, я, конечно, знал, что преступник – ненормальный, но, обычно, такие как он слабовольны и ни за что не лишат себя жизни. Им не хватит духа убить себя, хотя хватало силы убить других. Я считал, что это как нельзя лучше характеризирует Зальцмана.

-Ты уверен?

-Хочешь посмотреть на хладный труп? Добро пожаловать в морг, - съехидничал Майкл.

-Нет нужды, я уверен, что Адамс справиться сам. Как все это произошло?

-Я свечку при всем этом не держал, - фыркнул Таррел, - Подробностей не знаю. Так что лучше заткнись и займись работой.

Я понимающе кивнул. У друга точно не было настроения обсуждать все это, да и у кого-либо другого тоже. Но меня продолжали одолевать сомнения по поводу этого самоубийства, что и говорить. В это мгновение Пейдж направилась к нам. Стуча каблуками, подошла ближе и, засунув руки в карманы черного пиджака, без промедлений начала разговор о деле:

-Скоро придет ордер на обыск квартиры Зальцмана, а пока что я попросила Адамса, чтобы он поскорее закончил вскрытие.

-К чему такая спешка? И что ты думаешь найти в теле этого психа? – спросил я.

-Я уверена, что преступнику помогли покончить с собой. Версия о том, что он работал в одиночку, отпадает. У меня есть по этому поводу свои предположения. Видите ли, я никак не могу понять, о каком огне идет речь, и это меня очень настораживает, особенно учитывая профессию Зальцмана. Поэтому, я не исключаю даже тех вариантов, что у него был сообщник. Последний испугался, что псих выдаст его и прикончил нашего убийцу.

-Надеюсь, ты мыслишь в правильном направлении, - усомнился я, несмотря на то, что и сам думал о таком варианте развития событий.