Моя княгиня

Дворецкий повел его на третий этаж, где располагались комнаты прислуги и бельевые кладовые. Мадам Леже занимала две лучшие комнаты на этаже: большую спальню с примыкающей к ней светлой квадратной комнатой, ее она использовала для шитья. Штерн открыл шкафы и увидел, что они полны вещей.

- Что же она ничего не взяла? - удивленно спросил он у дворецкого.

- Мы поэтому и не беспокоились, - развел руками старый слуга, - кто же от такого добра совсем уедет, а ее, почитай, пять месяцев уже нету.

- Вы говорите, карета за ней заехала?

- Да, ваше превосходительство, приехала какая-то дама, я сам не видел, мы с господином управляющим в кабинете князя говорили, мне потом горничная Маруся, ее дама за мадам Леже посылала, все рассказала. Эта дама в темный капот была одета и темную шляпку. Мадам вышла к ней, они пару минут поговорили, потом мадам поднялась к себе и минут через пять вышла с саквояжем и шляпной картонкой, села в карету, и они уехали.

- Хорошо, вы можете идти, я сам все посмотрю, - решил Штерн, отпустив дворецкого, он начал осмотр комнат.

Почти до рассвета разбирал он шкафы, ящики, и сундуки, наполненные отрезами тканей, кружевами и мехом. Но все было бесполезно, ничего, чтобы пролило свет на личность и дела обитательницы комнат, он не находил. Наконец, он сел на кровать, накрытую покрывалом из синей китайки, и задумался. Нужно постараться поставить себя на место живущей здесь женщины. Где она могла сделать тайник, который не собиралась часто открывать, ведь из тайников, что открыть можно быстро, она, конечно, все забрала при бегстве.

- Нужно осмотреть стенки мебели и пол, - пробормотал поверенный.

Он начал с кровати: скинул на пол постель и простучал все доски, но в кровати ничего не было. Остальная мебель, стоящая в комнатах, тоже не имела тайников. Оставался пол. Дюйм за дюймом выстукивал Штерн половицы, пока не увидел на плинтусе в углу маленькой комнаты чуть заметные щели и три металлических винта, старательно затертые грязью, чтобы не привлекать внимание. Достав из кармана складной нож, он отчистил винты и попытался их выкрутить. Винты были закручены, как видно, с помощью какого-то приспособления, поэтому ему пришлось повозиться, но спустя полчаса последний винт лег в его руку, и, подняв кусок плинтуса, он легко вынул часть половой доски, и обнаружил тайник. В нем лежали свернутые в трубку бумаги, перевязанные голубой лентой, шелковый мешочек красного цвета и аптечная склянка с белым порошком.

Штерн открыл мешочек, в нем лежали какие-то травы. Развязав ленту, он начал читать бумаги. Они его поразили. Это были заверенные по всей форме векселя, выданные светлейшим князем Василием Никитичем Черкасским, и две написанные по-французски расписки князя, данные им мадемуазель Франсуазе Триоле, в том, что он занял у этой женщины огромные суммы денег, которые обещал вернуть с уплатой ста процентов годовых.

Что же, по крайней мере, было ясно, как князь Василий попал в эти сети. Деваться ему было некуда. Франсуаза Триоле держала его за горло. Теперь нужно было понять, какая из француженок - Франсуаза, и что за порошок и травы он нашел. Штерн завернул найденные улики в шелковый платок, взятый в шкафу, закрыл тайник и пошел собираться к генерал-губернатору. Чтобы доехать до города к очной ставке, назначенной на полдень, времени у него оставалось в обрез.

Поверенный подъехал к канцелярии губернатора за несколько минут до назначенного времени. Его сразу же провели в кабинет князя Ромодановского.

- Здравствуйте Иван Иванович, - улыбающийся генерал-губернатор вышел навстречу Штерну из-за стола. - Сейчас нашего арестанта приведут. С ним сам полицмейстер приедет, да охрана тюремная.

- Ваше высокопревосходительство, позвольте вас приветствовать и показать, что я нашел сегодня ночью в Бельцах в комнате мадам Леже, - поверенный достал из портфеля платок и разложил на столе найденные вещи.

Губернатор прочитал бумаги и хмыкнул:

- Теперь понятно, как князь Василий влип в это дело. Сейчас мы нашего француза и об этом спросим.

В кабинет постучали, зашел человек в форме, как догадался Штерн полицмейстер, а за ним под охраной троих солдат вошел высокий черноволосый смуглый человек в тюремной одежде и кандалах. Увидев Штерна, он опустил лицо, но было уже поздно, поверенный узнал его.

- Ваше высокопревосходительство, я знаю этого человека, - заявил Иван Иванович, указав на арестанта, - это камердинер графа Михаила Павловича Бельского месье Жак. Он проработал у графа пару месяцев, но потом хозяин поймал его на краже денег и выгнал.