Моложе с каждым годом. Как дожить до 100 лет бодрым, здоровым и счастливым

Природа снабдила наших пресмыкающихся предков возможностями для индивидуального выживания. Помимо сексуального влечения рептилии лишены каких-либо родственных чувств. Подавляющее большинство пресмыкающихся способны с удовольствием пожрать собственное потомство, поэтому, после того как они откладывают яйца, инстинкт предписывает им убираться куда подальше, прежде чем из них вылупятся детеныши. Не забывайте о том, что эти инстинкты сохраняются и у нас. Наиболее древние отделы нашего мозга продолжают контролировать большинство наиболее примитивных функций, при необходимости заставляя нас отчаянно бороться за собственное выживание. Но он не дает нам возможности беспокоиться о потомстве или способность чувствовать чужие эмоции.

Лимбическая система обеспечила нам по сравнению с пресмыкающимися два основных преимущества. Это любовь к детенышам и групповая деятельность. Самый первый и наиболее властный дар лимбической системы – каскад эмоциональных реакций, который запускается в присутствии нашего собственного потомства. Мощная биология родительской любви преодолевает более глубинные эгоистические инстинкты – поэтому мы не едим детенышей. Со временем инструментарий, предоставленный лимбической системой, позволил млекопитающим построить и систему положительного подкрепления для разделения пищи, тепла, убежища, информации и родственных отношений в группе.

Родственные связи и групповое существование

Млекопитающие выжили благодаря тому, что научились вкладывать гораздо большие ресурсы в сохранение потомства по сравнению с рептилиями. Всем нам известно, что не стоит становиться между медведицей и ее отпрысками. Но никому не придет в голову, что может быть опасно становиться между черепахой и ее яйцами.

На вынашивание потомства у живородящих существ уходит гораздо больше энергии, чем у тех, кто откладывает яйца; а на последующее воспитание и защиту молодняка сил требуется еще больше. Мелкие, нехищные млекопитающие, например мыши, сравнительно мало заботятся о своем потомстве. Они плодятся обильно и часто, в расчете на гибель определенной доли каждого помета. В них генетически заложена возможность выживания за счет численности, чем за счет родительской опеки. Хищники же, такие как медведи или человек, приносят гораздо менее обильный приплод и должны заботиться о нем на протяжении длительного времени, пока молодняк не становится независимым и способным самостоятельно себя защитить. Это обусловливает установление очень прочной эмоциональной связи между родителями и детьми, ибо для хищников гибель даже одного детеныша – серьезный генетический удар.

Необходимо уяснить один критически важный момент. Наша лимбическая система физиологически глубоко связана с телесным мозгом и контролируется им, однако это лишь частичный контроль. Она, в свою очередь, надстраивает над телесным мозгом сеть собственных мелких контрольных центров, каждый из которых несет ответственность за определенный узкий набор эмоций, но все они связаны друг с другом и постоянно обмениваются информацией. Поэтому выходит, что наши эмоции и настроение в самом прямом смысле влияют на биохимические процессы в организме.

Вспомните, как вы физиологически реагируете на тревожную ситуацию. Именно лимбическая система разрешает вступать в игру адреналину, который рептильный мозг выбрасывает в кровь. Представьте себе скачку на плохо объезженной лошади. Даже если всадник опытен и хорошо контролирует ситуацию, лошадь все равно остается более крупным и сильным животным. Если же всадник не слишком умел или если лошадь понесет, он с легкостью может упасть на землю, а лошадь поскачет дальше без него. Эта ситуация может служить аналогией взаимоотношений разных уровней мозга. Если вы хорошо контролируете свои эмоции, лимбическая система превращается в опытного всадника, но лошадь все равно выигрывает в весе, так что контроль никогда не может быть таким полным, как вам хотелось бы. В практических понятиях это означает, что если вы не приведете эмоциональную структуру вашей жизни в должную форму, вам придется платить за это очень высокую физиологическую цену.