Монады

Так что писать предуведомление необходимости не оказалось, но, поскольку выяснилось это в ходе написания самого предуведомления, оно-таки появилось. К тому же я давно уже заметил, что с чисто композиционной точки зрения, при небольшом количестве стихотворений хорошо смотрится большое предуведомление, а при большом – маленькое. Данный сборник велик, и ему, следовательно, приличествует скромное предуведомление. Не больше страницы. Ну, чуть-чуть побольше. Ну две, три. Но не больше. Ну, пять. Это максимум. Ну, шесть. И, поскольку ввязавшись в это дело, я рискую вылезти за пределы композиционно отпущенного числа страниц, то кончаю и отсылаю читателя непосредственно к стихам.

1 |00005 И все-таки она приятна – жизнь!                 Как легкий запах-привкус чеснока                 Сквозь груды обжигающего мяса —                 Губительное прибавленье!                 Она уютна, словно ухо зверя,                 Большого зверя лакомое ухо                 В щекотке, в завитушках, в духоте.                 В ней все про нас – и боль, и придыханье,                 И всхлипы, и в подушку утыканье,                 И умиранье пульса – тик-тик-тик.1 |00006 Войдешь в аптеку – что за имена!                 Валокордин, глюкоза, барбамил,                 Экстракт красавки, энтересептол!                 И у болезней супротив не хуже —                 Шизофрения, грипп, перитонит,

                 Холера, катаракта, висцеральный лейшманиоз.                 А поле битвы – Петр да Иван.                 Какая скука.1 |00007 Но страх какой! Какой гигантской кнопкой                 Душа к нему пришита на бегу?!                 Я снег какой! И я бегу с охапкой                 Горящих дров и бросить не могу.                 И оборачиваюсь, но бегу,                 И вижу: тень бежит с горящею охапкой                 И как пришита кнопкой на бегу.1 |00008 Черный ворон, черный ворон                 Ах, какой ты серый ворон                 Серый, серый, белый ворон                 Непонятный пестрый ворон                 Пестрая прелестная                 Пташечка небесная

                 С черным клювом и пером                 С черным глазом и крылом                 С черным членом между ног                 Ай, да голубь-голубок!                 Сгинь, сила нечистая!

Долина Дагестана

1 |00009 В полдневный зной в долине Дагестана                 С свинцом в груди лежал недвижим я —                 Я! Я! Я! Не он! Я лежал – Пригов                                                                   Дмитрий                                                                   Александрович!                 Кровавая еще дымилась, блестела,                                                                   сочилась                                                                   рана,                 По капле кровь точилась – не его!                                                                   не его!

                                                                   моя!                 И снилось всем, и снится, а если и                                                                   не снилась – то                                                                   приснится долина                                                                   Дагестана,                 Знакомый труп лежит в долине той.                 Мой труп. А может, его. Наш труп.                 Кровавая еще дымится наша рана,                 И кровь течет-течет-течет хладеющей                                                                   струей.

Мне голос был

1 |00010 – Мне голос был.                 – Ей голос был!                 – Но он звал утешно.                 – Утешал ее.                 – Но он говорил: иди сюда.

                 – А он не говорил, мол, оставь свой край                 Подлый и грешный?                 – Нет, нет, нет! Что вы!                 – А, мол, уезжай из России навсегда?                 – Да что вы! Я простая советская                                                                   женщина.                 Вот только кровь от рук отмою                 И брошу всяческий стыд.                 – А что он там говорил насчет нового                                                                   имени, фамилии,                                                                   паспорта?                 Каких-то там наших поражений, взаимных обид?                 – Нет, нет, нет! Я не слышала!                 Я заткнула уши руками,                 Чтобы этот голос                 не смущал меня.                 – Так-то лучше будет, красавица.