Монстр для охотника. Я твоя пара

Тихий шорох отозвался во мне диким страхом, в мгновение натянув нервы до предела. Этот едва уловимый слухом шелест я слышала каждый день в Храме Первых Монстров. Сердце бешено застучало, а горло и виски сдавило от ужаса. Меня бросило в холодный пот. Мозг судорожно начал работать в поисках выхода, не обращая внимания на одну тревожную мысль: "Все, что случилось за последнее время, мне всего лишь привиделось".

Повезло, что хвост был свободен, с его помощью я быстро смогла избавиться от пут. Словно куль упала на твердую поверхность, невольно отмечая на сколько все реально: боль от удара, твердый шершавый пол — это точно не сон.

Пугающий звук раздался очень близко. Я поспешила подняться на ноги, путаясь в ткани юбки. В суматохе, оглядываясь на каждом шагу и натыкаясь на едва различимые в темноте стены, я добралась до лестницы. Спустилась, чуть не споткнувшись на ступеньках и не слетев вниз кубарем. Сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди, болезненно ударяясь о ребра. От всего этого дыхание мое сбилось, а воздуха, казалось, нещадно не хватало. Я шумно задышала через рот, но это не спасало от невидимых тисков, которые сдавили грудь.

Глазами нашла спасительный выход — арку ведущую на свободу, в лес, залитый солнцем и оглушающий пением птиц. Только я переступила порог, возрадовавшись в душе, что все оказалось так легко и просто, как что-то, сдавив мою талию тугим кольцом, дернуло и потащило меня назад в непроглядную тьму.

Я упала на колени, в панике хватаясь за каменные плиты подо мной. Мои когти царапали шершавую поверхность, не имея возможности за что-то зацепиться. Поборов удушливый приступ паники, я бросила взгляд назад. Моим глазам предстала тугая веревка, сплетенная из сотен, а может тысяч, паучьих нитей.

Если она не затащит меня обратно в храм, то убьет: петля на талии все туже затягивалась, глубоко впиваясь в кожу и угрожая разорвать пополам. Нет, не хочу. Ни первое, ни второе!

Уперлась босыми ногами в пол, руками обхватила веревку, будто собиралась выдернуть ее из лап невидимого врага. Но силы были не равны, да и усилившаяся на талии хватка причиняла боль. Из глаз брызнули слезы от бессилия и страха. Мое воображение рисовало малоприятный исход, если я сдамся.

В поисках решения моему затуманенному взору попался нож. Надежда на спасение подтолкнула меня к решительным действиям. Недолго думая, я схватила нож и принялась резать ненавистную веревку, что крепко сжимала второй рукой.

Боль усиливалась, мой пленитель сопротивлялся до последнего всеми возможными способами, чтобы остановить меня и не дать уйти его игрушке. Едва чувствуя свои руки, я решительно замахнулась, чтобы перерубить оставшееся от веревки нити, чуть не задев себя по ноге.

Взвыв не своим голосом от вспыхнувшей боли, выпустила нож и опустила руки, не веря собственным глазам: передо мной извивался хвост на залитом кровью полу, успешно отрезанный моими собственными руками.

Не понимая, как оказалась на кухне, и не желая принимать представшую картину за реальность, я на трясущихся руках попыталась отползти подальше от дергающегося хвоста.

— Рея! — услышала я голос Дина, а следом его руки обхватили меня за плечи.

Его следующие слова не смогли пробиться сквозь гулкий шум, что появился у меня в ушах. Едва дыша, смотрела в его перепуганные глаза, а тьма, от которой я так старательно бежала, стала вновь наползать, поглощая окружающее пространство. Веки налились тяжестью, но я сопротивлялась до самого конца, не желая терять связь с единственным, что мне казалось самым настоящим в данный момент — с Дином, который не знал, что предпринять в такой ситуации.

Спасать монстров — это сложнее, чем убивать их.

Но усталость взяла свое: я упала во тьму, потеряв ощущение твердой поверхности под собой и перестав чувствовать крепкие объятия Дина, когда он и не думал выпускать меня из своих рук. В тот миг мне больше всего хотелось, чтобы случившееся с моим хвостом оказалось дурным сном, а не новой жуткой действительностью.

6 Пробуждение

Боль. Мне казалось, что я знаю, что такое боль, но ошибалась. Боги словно решили облагодетельствовать именно меня такими жуткими моментами, будто на мне отыгрываясь за все праздники Проклятых Богов.

Матери на них не хватает!

Тьма медленно отходила, возвращая меня в жуткую и болезненную реальность. Запахи настойчиво раздражили мой нос, хотелось избавиться от них по возможности скорей. К тому же у меня задница ныла, словно Джия боднула своими рогами, ни капли не соизмеряя силы.

Простонала, пытаясь перевернуться на бок — кажется, я себе еще и пол лица отлежала.

— Стой! — ударило по ушам, и чьи-то руки надавили на мою спину, возвращая обратно на постель. — Лежи, пока не зажило, не стоит переворачиваться.

Не зажило? Что у меня сзади…

— Хвос-ст… — Я разлепила глаза и увидела знакомого старика.

— Лежи спокойно, — сказал Бранс.

Не стала спорить, сил все равно на это не было. В голове шумело, или в ушах, или и там, и там. Во рту пересохло. Глаза резал свет, что проникал через окно. Уже день?