Моральное сознание и коммуникативное действие

Гиллиган и Мерфи утверждают (ссылаясь на моно-фафию Перри о преодолении абсолютистского мышления в позднем подростковом возрасте” и обращаясь к допущениям Ригеля относительно постформальных I операций),⁵⁴ что имеет место постконвенциональное| развитие, ведущее от кольберговых ступеней 5 и 6 (post-conventional formal:^{171 172} PCF) к ступени, которую они называют «контекстуальным релятивизмом» (postcon-ventional contextual:¹⁷³ РСС). На этой ступени взрослый человек, достигший моральной зрелости благодаря прошлым конфликтам и приобретенному опыту, науча-, ется преодолевать те абстракции, которыми обременена строго деонтологическая мораль справедливости кантовского образца, абсолютизирующая точку зрения нормативной правильности. Эта релятивистская этика ответственности настраивается на реальные, а не только на гипотетически взвешиваемые дилеммы; она учитывает сложность жизненных ситуаций, связывает аспект справедливости с аспектами заботы и ответственности за доверившихся нам людей и, выходя за рамки абстрактного понятия автономии, требует более широкого понятия о зрелой личности: «В то время как логические понятия равенства и взаимонаправленности могут поддерживать основанную на принципах мораль универсальных прав и взаимного уважения, опыт морального конфликта и выбора как будто указывает, скорее, на особые обязательства и ответственность за последствия, которые могут быть предусмотрены и поняты только в рамках более контекстуальной системы отношений. Равновесие между двумя этими точками зрения кажется нам ключом к пониманию морального развития взрослого человека. По нашему мнению, это потребует такой реструктуризации морального мышления, чтобы оно одновременно и включало в себя, и преодолевало принципиальное понимание высших ступеней в иерархии Кольберга».¹⁷⁴

При этом позиция приверженца этики ответственности отличается от позиции ценностного скептицизма (на переходной стадии 4Vi)\ пусть и обе они релятивистские, но только контекстуальный релятивизм одновременно и опирается на этический формализм, и преодолевает его.