Морская война

Мы, таким образом, видим, что все, доступное этому современному паровому флоту, настоящей функцией которого было удержание обладания морем, а не нападение на территорию, – было в точности то же самое, что было доступно парусному флоту линейных кораблей в тех же водах сто или двести лет тому назад. Снаряды, которыми паровой флот мог обстреливать Кольберг и Данциг, были более прежних и разрывные; дальность их полета была больше; бомбардирование могло иметь место с большей дистанции… Но, тем не менее, все за и против были и теперь таковы, как и в старину, и атака требовала обеспеченного обладания морем. Доказательство этому не заставило себя долго ждать.

Оставалось, следовательно, остановиться только на Кольберге. Вице-адмирал Буе приготовился к серьезной демонстрации против этого города, как вдруг он получил в ночь на 13 августа депешу, которая извещала его, что прусский флот оставил Ядэ и прошел к Ютландскому берегу для следования в Балтику. Это могло быть справедливо, так как было возможно, что принц Адальберт мог узнать об уходе адмирала Фуришона из Шербура и оставил Ядэ для попытки защитить Киль, нападение на который он считал возможным. Ввиду этого случая командующий эскадрой не медлил ни мгновения: он поспешно собрал свои суда и последовал к Большому Бельту для воспрепятствования прохода через него неприятельским судам и для предложения им сражения.

Нападение на Кольберг было, таким образом, отсрочено угрозой слабейшей силы совершенно так же, как много лет назад Ньюпорт был спасен угрозой слабейшей силы адмирала Гова. Может быть, это не было следствием опасения того, что может сделать или пытаться сделать слабейшая сила непосредственно. Это было просто следствием того факта, что невозможно, чтобы начальник эскадры, операции которой основаны на обладании морем, мог позволить нарушение бесспорности этого обладания появлением флота неприятеля, не вступив с ним в сражение.

Вскоре, однако, оказалось, что вышеупомянутое известие о прусском флоте было ложно, и снова начались приготовления к нападению на Кольберг. Но когда эскадра французов была уже в 80 милях от последнего, шторм заставил все суда собраться в бухте Киоге, а там Буе Вилльоме получил достоверные известия о снятии французской эскадрой блокады с Ядэ. Кольберг был еще раз спасен; адмирал счел себя обязанным отказаться от нападения на него и сделать все необходимое для защиты Большого Бельта.

Мы, следовательно, видим, что при позднейших условиях, так же как и при прежних, даже такая простая операция, как бомбардирование порта с дальней дистанции чисто с карательной или разрушительной целью, не может быть предпринята, если только предварительно не маскировано возможное вмешательство с моря неприятельских сил.

Как бы в заключение моих доказательств и для подтверждения их неоспоримости является жестокое поражение итальянского флота австрийцами у острова Лиссы в 1866 г., о чем мы уже упоминали. Здесь итальянцами были попраны все законы, которые история вырабатывала так долго. Морская сила австрийцев, стоявшая в Поле и считавшаяся итальянцами слабее их флота, оставлена была без наблюдения хотя бы одним лишь крейсером. Персано отправился бомбардировать форты Лиссы, не имея никакого понятия о том, каковы могли быть действия австрийцев. Он поступил прямо против исторических уроков, сделав бомбардирование главной и первой операцией при нападении своем на остров Лиссу, вместо того чтобы сначала высадить на берег войска и подчинить их действиям флота, как вспомогательные. Он израсходовал почти все свои боевые заряды и 20 июля был на половине дороги в деле высадки войск, когда «Эксплорэйтор» – единственное судно, на которое он возложил разведочную службу, – дало сигнал около восьми часов утра следующего дня, что показался неприятель. Последний был уже так близок, что в половине третьего Тегетофф поднял свой знаменитый сигнал об атаке и потоплении неприятеля, который, благодаря своему ошибочному образу действий, был совершенно не приготовлен встретить нападение и потерпел поражение, в сущности, сам на него напросившись.

Я думаю, таким образом, что изложенные главы оставляют нас при выводе, что некоторые условия – обладание морем, достаточно и хорошо руководимые береговые силы, высадка их на берег или вне сферы огня враждебных батарей, или тогда, когда последние вынуждены хотя временно умолкнуть, надлежащие приспособления и малые суда – были необходимы для обеспечения успеха территориальных атак с моря и что, по крайней мере, до последнего времени, нет ничего, что показывало бы, что давно установленные историей морских войн законы каким-либо образом изменились.