Морские люди. В двух частях (СИ)

Юрьев даже хотел бросить свое училище для того, чтобы поступить во Львовское. Благо, командир роты подполковник Николай Семенович Свистун отсоветовал:

-Такую характеристику получишь, что тебя даже в тюрьму не возьмут.

И порекомендовал продолжать публиковаться.

-Если чего-то стоишь, - сказал он. - Тебя в газету возьмут. Мы, в свою очередь сделаем вот как, мы запишем тебя в морскую авиацию, на флоте людей меньше, значит, пробиться в печать будет легче. А?

Обо всем этом он тоже поведал начальнику политотдела. Вспомнили гарнизон, нашлись общие знакомые. Во время китайско-вьетнамского конфликта Алексеев утюжил Южно-Китайское море на артиллерийском крейсере проекта 68-бис "Александр Суворов", Юрьев вводил в строй многотиражную газету "Океанская вахта" на срочно расконсервирующемся крейсере того же проекта "Адмирал Лазарев".

Между прочим, сведенные в один экипаж командированные североморцы и тихоокеанцы под командованием капитана первого ранга Макарова, в свое время служившего старпомом на "Октябрьской революции", ласково называемой балтийцами Октябриной, в самые короткие сроки сумели сделать из простоявшего многие годы в консервации, прибывшего на ТОФ северным морским путем "Лазарева" боеспособный, вставший в первую линию корабль.

Сначала легководолазы прорезали вдоль бортов ледовыми пилами майны, осмотрели днище корпуса и доложили:

-Сталинской постройки. Сколько лет простоял без движения, а коррозия отсутствует напрочь, крейсер в доковании не нуждается.

А потом начался аврал. Длился он без перерыва не часы, дни, недели, а месяцы. Работали без учета времени, на износ.

Опытнейший командир электромеханической боевой части капитан третьего ранга Ким выполнил первоочередную задачу: ввел в строй ходовую часть. Легко ли? Крейсер годами стоял в консервации, без охраны, надо думать, с него снимали то, что вдруг понадобилось на другом корабле. Как в февральские холода подготовить котлы, запустить их и получить тепло? Ким, неистовый, упорный, настоящий механик с несгибаемой силой воли выбил со складов все необходимое, сколотил из разрозненной толпы коллектив и, как обещал, экипаж поселился в каютах и кубриках.

Все последующие работы вели уже без перехода в казарму, что также положительно сказалось на сроках ввода материальной части в строй. Параллельно специалисты выходили в море дублерами на соседнем "Александре Суворове" с тем, чтобы не терять боевые навыки.

Правда, обещанных командировочных денег к жалованию никто не видел. Офицеры и мичманы, прибывшие с боевых кораблей других флотов и флотилий, обижались. Хорошо, если жены работали, в основном семьи полностью находились на иждивении отцов. "За что платить? - изумлялись финансисты. - Вот включат корабль в списки находящихся в строю, поднимете соответствующий вымпел, тогда добавим." Вымпел красного цвета, с флагом ВМФ в верхнем углу, узкий, длинный, в просторечии его называли "длинным рублем", на мачте так и не появился. Китайцы скоро утихомирились и прекратили боевые действия, а держать в боевом строю незапланированно расконсервированную единицу всегда в убыток любому государству.

Обидели и редактора многотиражной корабельной газеты. Кто-то из ушлых флагманских специалистов свинтил со штатной одноместной каюты редактора многотиражки бронзовую табличку, поселился там и жил с комфортом. Хорошее было место, рядом с каютой заместителя командира по политической части капитана второго ранга Фомина, в уютном углу офицерского коридора, недалеко от кают-компании. Юрьев на потерю плюнул, обустроился один в двухместной свободной, благо их хватало, расположенной возле матросского камбуза и библиотеки каюте. Коки, в большинстве набранные из узбеков угощали пловом. Иногда он, заступив вахтенным офицером, вразрез с Корабельным уставом ловил по ночам громадную и жирнющую сахалинскую камбалу, они жарили ее на противнях, в таких случаях к корреспонденту приходили имеющие спирт, по-флотски именуемый шилом офицеры боевых частей и служб корабля.

После завершения сухопутных боевых действий Китая и Вьетнама "Адмирал Лазарев" и "Александр Суворов" стояли рядом в Бяуде, одной из удобных бухт Совгаванского залива. Алексеев вспомнил, что корабль дважды в период конфликта заходил в Камрань. Юрьев кивнул:

-При первом возвращении "Суворова" я брал материалы у комендоров, машинистов. Меня матросы даже кусочком жареного поросенка угощали. Боцмана рассказывали, что в Восточно-Китайском море у вас штормом снесло несколько ялов со шлюпочной палубы.

Вспомнили, как командир крейсера, здоровенный капитан первого ранга Сергеев подавал команды на верхней палубе без использования "Каштана". Оглушительный его рык был отчетливо слышен даже на соседнем "Лазареве". Юрьев рассказал о том, как однажды громогласный этот моряк предлагал перевестись в его команду. Позднее он стал командиром оперативной эскадры в Индийском океане. Американцы называли контр-адмирала Сергеева "хитрым Лисом" за то, что их уловки в районе влияния Тихоокеанской советской эскадры, как правило, были обречены на провал.