Московский поход генерала Деникина. Решающее сражение Гражданской войны в России. Май-октябрь 1919 г.

Красные. Летом 1919 г. армиям генерала А. И. Деникина противостояли войска советского Южного фронта (8, 9, 10, 13 и 14-я армии) под командованием бывшего генерал-лейтенанта Императорской армии Владимира Николаевича Егорьева, возглавлявшего в Первую мировую 39-й корпус. В июле 1919 г. деникинские войска развернули наступление на Курск, Саратов и Киев[78].

Однако советскому командованию удалось, воспользовавшись временным затишьем (впрочем, довольно относительным) на фронте, вызванным перегруппировкой войск противника, реорганизовать свои дивизии и обеспечить их необходимыми пополнениями. Уже в июле 1919 г. Главнокомандующий большевистскими Вооруженными силами бывший полковник Генерального штаба Иоаким Иоакимович Вацетис разработал план контрнаступления, суть которого сводилась к следующим положениям:

1. Восстановление боевой мощи армий.

2. Организация на средней Волге базы для формирования новых частей для Южного фронта: планировалось дать фронту к 1 августа не менее 27 стрелковых полков с артиллерией.

Начало наступления было назначено на 1–10 августа. Сама же операция мыслилась в следующем виде:

1. Основная цель — разбить войска А. И. Деникина в Донской области и на Украине, не дав им возможности отойти на Северный Кавказ.

2. На фронте правый берег Волги — средний Дон должны были наступать 9-я и 10-я армии, причем в дальнейшем 10-я армия имела задачу отрезать противнику путь отступления на Северный Кавказ.

3. Нанести решительный удар в направлении на Новочеркасск силами 8, 13 и 14-й армий.

4. В качестве стратегического резерва на средней Волге из новых формирований создавалась 11-я армия.

Впрочем, этот план не был осуществлен, поскольку 22 июля И. И. Вацетис был заменен бывшим полковником Генерального штаба Сергеем Сергеевичем Каменевым, возглавлявшим до этого Восточный фронт. В свою очередь, в командовании Южного фронта также происходила перемена, и вместо бывшего полковника Владимира Михайловича Гиттиса фронт принимает В. Н. Егорьев, который, с одобрения нового главкома, проводит свой план, резко отличающийся от приведенного выше.

23 июля, то есть на другой день после прибытия в Серпухов, С. С. Каменев в своей директиве указывает Южному фронту:

А) На Южный фронт возлагается разгром армий генерала А. И. Деникина.

Б) Главный удар должна нанести группа под командованием бывшего полковника Василия Ивановича Шорина, состоявшая из 9-й и 10-й армий, причем направление удара не указывалось, но было очевидно, что 10-я армия должна была наступать вдоль правого берега Волги в направлении Камышин — Царицын, а 9-я — в направлении донских станиц с последующим выходом к Новочеркасску.

В) Резерв группы — 28-я и 25-я дивизии с двумя бригадами Казанского и Саратовского укрепленных районов.

Г) Более короткий удар на Воронежском направлении должна был нанести 8-я армия с 31-й и 7-й дивизиями, если последняя не будет использована до того на Курском направлении.

Д) Сроки наступления: 8-й армии — в первых числах августа, 9-й и 10-й армий — в середине августа.

Таким образом, главный удар наносился левым флангом фронта через Донскую область, а вспомогательный — 8-й армией на центральном участке фронта. Командующий Южным фронтом В. Н. Егорьев уже 24 июля, то есть на другой же день после директивы С. С. Каменева, посылает последнему на утверждение свой план наступления, суть которого заключалась в следующем: а) основная цель та же: разбить армии генерала А. И. Деникина; б) все прибывающие на усиление части направить в район Новохоперск — Камышин и с линии Ртищево — Аткарск — Камышин начать наступление; в) с занятием района рек Хопра и Дона и до Царицына наступать в трех направлениях: Царицын — Лихая, Царицын — Константиновская, Царицын — Великокняжеская; г) демонстративно наступать 14-й армией к линии Чаплино — Лозовая.

Составленные с чрезвычайной поспешностью планы главного командования и Южного фронта были неудачны, поскольку нацеливали основные силы наступающих войск на линию наибольшего сопротивления противника: донские станицы.

9-я и 10-я армии, изнуренные предыдущими боями, едва ли были в состоянии выполнить поставленные перед ними задачи: преодолевать серьезные препятствия — Хопер и Дон (мы помним, что правый берег Дона доминировал над левым, усложняя задачу 9-й армии по форсированию этой водной преграды) — и оперировать на степном театре военных действий, позволяющем противнику эффективно использовать конницу.

Почему именно на Волге, то есть на левом фланге Южного фронта, советское командование планировало наносить главный удар? В какой-то мере ответ на данный вопрос содержится в докладе (видимо, составленном незадолго до августовского наступления 1919 г.) командующего Южным фронтом № 7868 оп., где сказано: «…войти в связь с 11-й армией (оборонявшей Астрахань. — Авт.) для создания действительного препятствия соединению армий генерала А. И. Деникина и адмирала А. В. Колчака»[79].

Таким образом, на стратегическое планирование красного командования влияло опасение, что колчаковский и деникинский фронты соединятся.