Москва. Полная история города

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Уже после войны, в 1955 году в Переделкине был выстроен Дом творчества писателей, где в разное время отдыхали Левон Мкртчян, Римма Казакова, Василий Шукшин, Арсений Тарковский… В 1974 году в одной из комнат дома отдыха покончил с собой, повесившись, талантливейший Геннадий Шпаликов – автор сценария к знаменитому фильму «Я шагаю по Москве» и многих стихов о Москве.

Конструктивизм: Гинзбург, Мельников, Эль Лисицкий

Москва перестраивалась, и прежние стилистические приемы не годились для нового мира, который собирались строить большевики. Нужны были новые архитекторы – и они пришли!

В 1920-е годы на краткое время возник уникальный стиль – конструктивизм. Он не предполагал никаких излишеств, никакого украшательства – только чистый функционализм. Стиль этот поражал, даже шокировал… Наверное, поэтому долго и не продержался, уступив место монументальному сталинскому ампиру. Но имена Эль Лисицкого, Моисея Гинзбурга, Константина Мельникова остались в истории.

К сожалению, архитекторы того времени были стеснены в средствах и вынужденно использовали дешевые материалы, поэтому возведенные ими здания быстро разрушились. От Эль Лисицкого остался всего один дом – в аварийном состоянии. Такая же судьба постигла Дом Наркомфина – то есть предназначенный для сотрудников народного комиссариата финансов – одно из творений архитектора Моисея Гинзбурга. Это было практическое воплощение идеи дома-коммуны с полностью обобществленным бытом. Сорок восемь квартир без кухонь (вместо них в доме был целый пищеблок, где еду готовили сразу для всех по графику как в санатории), без привычных ванных комнат – вместо них душевые кабинки. Зато в доме были спортзал, детский сад, прачечная и даже лифты. На крыше дома располагались два элитных пентхауса – для наркомов. К большому сожалению Моисея Гинзбурга, коммунальное житье-бытье не задалось: большинство жителей, вместо того чтобы питаться в столовой, разбирало еду себе по комнатам. Затем дом «уплотнили», превратив и без того тесные квартирки в коммуналки. Потом выявились проблемы: плохой бетон, некачественная штукатурка… Несколько десятилетий дом простоял заброшенным, а потом, уже в нашем веке был, наконец, качественно отреставрирован, ну а фактически – разрушен и воссоздан заново.

На берегу Яузы на проспекте Мира сохранился еще один небольшой дом архитектора Гинзбурга – настоящий, уцелевший. Наверное, последний в Москве.

Более счастливая судьба у творений авангардиста Константина Мельникова, всегда спорившего с чистыми конструктивистами. ДК имени Русакова на Стромынке, Клуб фабрики «Буревестник» на 3-й Рыбинской улице, Бахметьевские гаражи, невероятный круглый особняк самого Мельникова в Арбатских переулках… После 1936 года архитектор был фактически отлучен от профессии. 1990-й год ЮНЕСКО объявила «Годом Мельникова», а российские академики сочли его первым среди выдающихся отечественных архитекторов XX века и третьим – в мировом списке. Вот такие противоречия в судьбе!

Спорт на Красной площади

Здоровый образ жизни при Сталине возводился в культ. Спортивные состязания, парады физкультурников проводились даже на Красной площади. Первый парад состоялся в 1919 году, последний – в 1945. Потом лет десять парады проводились на стадионе «Динамо».

Молодые спортивные люди обоего пола не просто проходили по площади колоннами, но и устраивали всевозможные гимнастические и силовые представления: строили «пирамиды», жонглировали обручами, вертели сальто, выстраивались то в форме пятиконечной звезды, то серпа и молота… Колонные крепко сложенных боксеров провезли по Красной площади поставленные на колеса ринги, на которых боксировали их товарищи, а штангисты – круглый помост, на котором их товарищ проделывал упражнения со штангой. Несли транспаранты с лозунгами: «Сегодня физкультурник – завтра боец!», «Если завтра война – будь сегодня к походу готов!» и, конечно, знаменитое «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!»

Футбольная команда «Локомотив». 1936 год

А 1936 году на Красной площади состоялся показательный футбольный матч, в котором участвовали два состава команды «Спартак». Для этого брусчатку покрыли огромным травянисто-зеленым ковром, сшитым из множества войлочных пластин. С Мавзолея за матчем наблюдали первые лица государства. Первый секретарь ЦК ВЛКСМ Александр Косарев переживал: Сталин был равнодушен к футболу, при первых признаках его усталости или недовольства Косарев предполагал взмахнуть платком и оборвать матч. Но зрелище Сталину понравилось, и доиграли до конца. Однако три года спустя Косарев все равно был арестован и расстрелян.