Москва строящаяся. Градостроительство, протесты градозащитников и гражданское общество

Инвесторы для реконструкции «Манежа» нашлись только в 2003 году, когда австрийская фирма выиграла тендер на 30000000 долларов, организованный городом. Однако законность контракта оспорили федеральные ведомства. В отличие от «Военторга» и «Москвы», Манеж имел статус памятника архитектуры федерального значения [O’Flynn 2004с]. Юридически его можно было реставрировать в общепринятом смысле слова, но нельзя было сносить и перестраивать.

Вечером 14 марта 2004 года, вскоре после объявления победы Путина на выборах, в Манеже вспыхнул пожар. Пожарные мужественно боролись с огнем (двое погибли, еще один сильно пострадал), но им удалось лишь не дать огню распространиться.

Ил. 5.2. После пожара уцелели лишь наружные стены Манежа

Мэр тотчас объявил причиной пожара короткое замыкание, другие чиновники позднее предложили в качестве причины непотушенный окурок или петарду. Но эксперты ФСБ и МЧС пришли к выводу, что пожару «предшествовал мощный выброс тепловой энергии, создать который можно только с помощью горючих жидкостей или пиротехнических средств» [Дюпин 2004]. А. А. Клименко утверждал, что видел на месте пожара пустые канистры из-под бензина, когда той же ночью приходил осматривать повреждения [Levitov 2004].

22 марта город объявил, что планирует отреставрировать Манеж, поскольку установлено, что его фундамент и стены в довольно хорошем состоянии. По словам главного архитектора города Москвы А. В. Кузьмина, здание должно было сохранить статус памятника, к большому облегчению градозащитников. О таком исходе последние, казалось, могли только мечтать, если бы не упорное стремление Лужкова построить под Манежем паркинг. Министр культуры М. Е. Швыдкой также казался в целом удовлетворенным и предложил выделить на проект 300000000 рублей (около 100000000 долларов) [O’Flynn 2004b].

Однако в мае город объявил, что реставрировать Манеж все-таки нельзя – его придется полностью перестроить. Хотя австрийская фирма, как сообщалось, была готова взяться за восстановление, несмотря на ущерб от пожара, город аннулировал сделку. Активисты опасались, что это решение означает, что Манеж больше не находится под охраной государства [Korchagina 2004]. Действительно, в 2002 году была назначена комиссия, чтобы определить, под чью «охрану» теперь поступит здание, но она так и не решила этот вопрос. Тем не менее строительство нового Манежа началось сразу же. Вопрос об официальной юрисдикции остался нерешенным, но мэра это не отпугнуло. Министерство культуры добилось отмены подземного паркинга, но, очевидно, практически не участвовало в составлении остальной части проекта: первая встреча представителей города и министерства для обсуждения плана состоялась 23 сентября, когда строительство шло уже почти пять месяцев [Manezh 2004]. Очевидно, Лужков настоял на независимости после того, как в июне объявил, что все расходы понесет город. По собственной инициативе мэр одобрил устройство подземного этажа, но не для паркинга, а для удвоения выставочных площадей, что, разумеется, значительно повысило доходность Манежа к выгоде его единственного фактического владельца – города Москвы [Сыров 2004].

Открытие нового Манежа состоялось 18 апреля 2005 года благодаря исключительно быстрым темпам реконструкции, что немало беспокоило реставраторов. Некоторыми чертами новодел напоминал своего предшественника, но по существу это было другое здание. На противопожарную систему и систему центрального кондиционирования не поступило ни одной жалобы. Однако другие «усовершенствования», включая лифт и две пары эскалаторов, обеспечивающие доступ к 10 000 м2 выставочных площадей на подземном этаже, не были встречены всеобщими аплодисментами. Градозащитников поразили антресоли, где располагались кафе и ресторан, которые «выглядели как в каком-то ультрасовременном аэропорту». Пожалуй, мнение защитников культурного наследия лучше всего выразил Д. А. Саркисян, директор Государственного научно-исследовательского музея архитектуры имени А. В. Щусева: «Реставрацией это никак не назовешь. Это антиреставрация» [City 2005].

Лужков в опасности

Нужно совершить огромное число ошибок и проявить беспредельное отсутствие такта, чтобы спровоцировать революцию снизу [Липпман 2004: 238].