Читаем Мост. Реальная история женщины, которая запуталась полностью

Спустя больше года после того обеда, когда я уже знала все то, что позволило мне укрепиться в моей симпатии по отношению к Аманде; когда по официальным отчетам стало ясно, что люди способны в одночасье переписать историю, которую мы считываем через призму собственных убеждений, я пришла к твердому выводу: Аманда не была готова к последствиям своего поступка. Можно бесконечно спорить о том, насколько в этом виновно психическое отклонение, которое Джеки Дрейлинг назвала «расстройством личности»; религиозное внушение; тирания и наркомания Джейсона или нарциссизм Аманды, питающийся злобой. Непреложных истин не существует - как бы ни тосковали наши сердца по справедливости, какие бы требования ни выдвигал закон; существует лишь наша точка зрения на те или иные случаи. Однако же существуют и факты, и один из них - тот, из-за которого началась эта история: Аманда пыталась убить двух своих детей и одного из них в итоге убила. Этот факт показывает, что она была неспособна управлять своей жизнью и жизнью детей - а потому решила сбросить их с моста. Мы вправе заявить, что матери не совершают таких поступков ни с того ни с сего; что такое поведение аномально. В юном возрасте мы можем и не понять, почему мы так в этом уверены (друг Элдона, Макс, несколько лет не мог найти себе в школе нового товарища, потому что неосознанно боялся, что его друг умрет), однако взрослые понимают все. Поэтому нам, взрослым (или, может, только мне) так тревожно, когда и судьи, и адвокаты, и родственники, и посторонние - все продвигают версию, согласно которой «Аманда Стотт-Смит никогда и ни у кого не вызовет сочувствия». Я буду противостоять этой версии: при всем уважении и именно потому, что мы не знаем, что найдем -если только будем искать! Таких людей понять можно - если только мы попытаемся.

Послесловие


6 февраля 2016 года Тринити Смит и Гэвину Беку разрешили пообщаться по «ФейсТайму». Они не говорили друг с другом со дня запуска лодки в декабре 2010 года. О беседе договаривались Челси Бек и Кристин Дункан, с которой в то время жила Тринити. Мнения Джейсона спрашивать не стали.

В марте 2016 года Гэвин Бек поступил на службу в ВМС США; одним из базовых навыков, которым обучали новобранцев, было умение выживать в открытой воде.

Благодарности


Когда я была маленькой, мы с братом играли в настольную игру под названием «Страна конфет». Я помнила, что мы передвигали фишки по извилистой дорожке, пользуясь разными подсказками и тотемами. Недавно я поискала правила игры и поняла, что в нее играют совсем не так. Тем не менее у меня не было ощущения, будто за те годы, в течение которых я изучала историю Аманды и ее детей, кто-то обставлял меня на моей дорожке. Некоторые долгое время держались рядом. Другие делились тем, что им известно, и исчезали. Мне кажется, чтобы обсудить настолько тяжелую тему, как убийство ребенка собственной матерью, нужно целиком довериться своему слушателю, и я искренне благодарна тем, кто мне доверялся на протяжении этих лет - а именно Эйприл Энсон, Саре и Райану Баррон, Челси и Гэвину Бек, Пэти Галлагер, Тиффани и Шейнону Грей, Саманте Хэммерли, Джен Джонсон, Айзеку Лагроуну, Джастину Монтгомери, Томасу Пэрришу, Сабрине и Максу Трембли, а также тем, кто мне не представлялся или просил не называть его имени. Мне удалось написать книгу благодаря этим людям, а также их любви и заботе о памяти усопших.

Кен Хэдли оказался мудрым, ироничным и терпеливым человеком. Спасибо ему за то, что он позволил преследовать себя по пятам, вплоть до вынесения Аманде приговора, и впоследствии остался моим хорошим другом.

То, что начиналось при печальной беседе с Джеки Дрейлинг, продолжилось обсуждением политики, совместными обедами и просмотром телевизора. Мне такое продолжение показалось замечательным (оно и было таковым). Между нами завязалась дружба, пусть даже произошло это при маловероятных для развития отношений обстоятельствах. Джеки, которая покинула нас в 2016 году, говорила, что согласилась побеседовать со мной еще и потому, что «только так я смогу передать свои слова Тринити. Скажите ей, как сильно я ее люблю. И как мне тоскливо оттого, что она растет не на моих глазах».

Благодарю институты и организации, которые предоставляли мне материалы, в том числе офис шерифа в округе Малтнома, Портлендское полицейское бюро, Чуалатинское полицейское отделение, Орегонское управление исправительными учреждениями, исправительное учреждение «Кофейная бухта», окружной суд штата Орегон и округов Клакамас, Лейн, Малтнома и Вашингтон. Спасибо Мэтту Дэвису, который тогда работал в газете «Портленд Меркьюри», Кайлу Ибоси с канала «KGW», а также Эми Фрейзир с канала «КОИН». Благодарю Рене Денфелд, адвоката Майкла Роуза и Хэнка Стерна за помощь в работе с юридическими и правительственными источниками.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книги, о которых говорят

С пингвином в рюкзаке. Путешествие по Южной Америке с другом, который научил меня жить
С пингвином в рюкзаке. Путешествие по Южной Америке с другом, который научил меня жить

На дворе 1970-е годы, Южная Америка, сменяющие друг друга режимы, революционный дух и яркие краски горячего континента. Молодой англичанин Том оставляет родной дом и на последние деньги покупает билет в один конец до Буэнос-Айреса.Он молод, свободен от предрассудков и готов колесить по Южной Америке на своем мотоцикле, похожий одновременно на Че Гевару и восторженного ученика английской частной школы.Он ищет себя и смысл жизни. Но находит пингвина в нефтяной ловушке, оставить которого на верную смерть просто невозможно.Пингвин? Не лучший второй пилот для молодого искателя приключений, скажете вы.Но не тут-то было – он навсегда изменит жизнь Тома и многих вокруг…Итак, знакомьтесь, Хуан Сальватор – пингвин и лучший друг человека.

Том Митчелл

Публицистика

Похожие книги

След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Павел I
Павел I

Император Павел I — фигура трагическая и оклеветанная; недаром его называли Русским Гамлетом. Этот Самодержец давно должен занять достойное место на страницах истории Отечества, где его имя все еще затушевано различными бездоказательными тенденциозными измышлениями. Исторический портрет Павла I необходимо воссоздать в первозданной подлинности, без всякого идеологического налета. Его правление, бурное и яркое, являлось важной вехой истории России, и трудно усомниться в том, что если бы не трагические события 11–12 марта 1801 года, то история нашей страны развивалась бы во многом совершенно иначе.

Александр Николаевич Боханов , Евгений Петрович Карнович , Казимир Феликсович Валишевский , Алексей Михайлович Песков , Всеволод Владимирович Крестовский , Алексей Песков

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Учебная и научная литература / Образование и наука / Документальное