Мост. Реальная история женщины, которая запуталась

Во многих странах закон поддерживает это воззрение. Британский закон об инфантициде позволяет относить дела об убийстве матерью младенца к убийствам по неосторожности, поскольку мать на момент преступления могла еще не оправиться от родов; таких преступниц часто отправляют не в тюрьму, а в психбольницу. Похожий закон существует еще более чем в двадцати странах. Например, в Новой Зеландии закон лоялен к детоубийце, если его жертве было меньше десяти лет. Причем данное исключение неприменимо к отцам - только к матерям.

В США подобных законов нет, однако в том, как мы наказываем родителей, убивших собственных детей, прекрасно видна гендерная подоплека. Резник обнаружил, что в 68 % случаев матерей отправляют в психиатрические больницы и лишь в 27 % случаев - в тюрьму; отцов же в 72 % случаев отправляют в тюрьму и лишь в 14 % - в больницу.

Далия Литвик в издании «Слейт» от 2002 года написала о родителях-детоубийцах следующее: «Мы до сих пор считаем, что дети - это собственность матери. Уничтожение своей собственности считается сумасшествием, а чужой - преступлением; именно поэтому женщины, убивающие детей, отправляются в больницы, а их мужья, как и положено преступникам, идут в тюрьму». Уже привычное оправдание убийства «сумасшествием» похоже на попытку обезопасить общество, установить стену между матерями-детоубийцами и остальными людьми, чтобы не повредить психику последних. Вот только подобный подход не учитывает сознательную волю преступника. Как Литвик указывает дальше, «само разрушение и изъятие того, что женщина считает своей исключительной собственностью, содержит в себе мощный посыл, указывающий на истинного преступника, - посыл, неизменный еще со времен Ясона и Медеи».

Медея убила своих детей, дабы наказать Ясона за измену, и безо всяких сожалений улетела прочь на золотой колеснице, запряженной драконами. Логичное решение убить собственных детей сделало Медею одним из самых великих изгоев в литературе. Для нас не составляет труда расценить ее поступок как бесповоротную месть; тем не менее, когда речь заходит о реальных детоубийствах, мы не спешим приписывать матерям тот же мотив. Согласно ученым матери, убивающие детей в надежде совершить впоследствии суицид, редко доводят задуманное до конца, поскольку успевают осознать, что потеряли самое дорогое. Другими словами, после убийства собственных детей самоубийство становится излишним.

Через полвека после публикации фундаментального труда Резника число причин, по которым матери убивают детей, вслед за развитием мировосприятия и клинической психологии, выросло до одиннадцати, затем до семнадцати. Например, исследование от 2012 года, посвященное детоубийству в результате насилия над детьми, показало, что детоубийцы в более чем 90 % случаев страдали от личностных расстройств, включая пограничное, нарциссическое, зависимое и инфантильное расстройство личности; 38 % преступников страдали от алкоголизма, а 46 % имели судимости или являлись жертвами домашнего насилия.

Чаще других детоубийцами становились те, кто был подвержен социальной изоляции, страдал от психических заболеваний, находился в состоянии безработицы или неполной занятости, а также подвергался психологическому давлению (финансовые трудности, проблемы с жильем или в браке) и не получал должной поддержки со стороны семьи или государства. Губительные обстоятельства, в которых оказалась Аманда - развод, переезд, лишение права заботиться о детях, - как раз входят в список того, что способно подтолкнуть мать к убийству собственных детей.

Вряд ли хоть кто-то обращал на Аманду достаточно внимания, чтобы увидеть стремительные перемены в ее состоянии и понять, что каждый новый день приближает ее к непоправимому. Если весной 2009 года Кэти Стотт три раза записывала Аманду на лечение, то это потому, что она знала, что ее дочь была в депрессии и страдала от расстройства пищевого поведения. Если Кристин Дункан решила, что Джейсон обязан отсудить у Аманды детей, то это потому, что Аманда, по ее мнению, стала совершенно безответственной матерью. Если Шантель Гарднер знала, что ее сестра когда-то страдала от алкоголизма и психических проблем, то, однако, на вопрос полицейских о том, могла ли Аманда, по ее мнению, навредить собственным детям, она ответила:

- И мысли бы такой не возникло.

Конечно, нет. Подобный исход для семьи Аманды был немыслим. Однако они прекрасно знали, что грядет беда; не знали только, что именно произойдет.

10

Пасха, 2003 год, ОукГроув, штат Орегон

Челси Эррингтон встречалась с Нейтаном Беком уже месяц, когда он сообщил, что хочет познакомить ее со своим сыном. Челси почти ничего не знала о Гэвине: тот жил вместе с матерью где-то около Портленда. Ей было известно лишь то, что мальчику недавно исполнилось шесть и что Нейтан старается видеться с ним при каждой возможности. Об отношениях Нейтана с Амандой у Челси были довольно смутные представления, а точнее, Нейтан не горел желанием рассказывать об этом.