Muse. Electrify my life. Биография хедлайнеров британского рока

И как раз вовремя. В начале 1990-х в Тинмуте, оторванном от большой британской музыкальной индустрии, стала развиваться своя рок-тусовка. Ее расцвету во многом помогали легкие наркотики, которых было здесь столько, что даже полупрофессиональная фанк-группа могла бы хорошенько удолбаться. Здесь развилась собственная процветающая музыкальная сцена. Она, конечно, состояла в основном из полупрофессиональных фанк-групп и прогрессивных коллективов в стиле Pink Floyd, но тем не менее то был настоящий взрыв – собирались группы, сочинялись новые песни, нарастало чувство возбуждения – чувство, что в Тинмуте зарождается нечто особенное.

Один юный пророк сказал, что ощущение было такое, что на город спустилась муза.

* * *

Правда об образовании Rocket Baby Dolls – тайна, покрытая мраком, погребенная в «братской могиле» сгинувших тинмутских групп.

Первой, согласно мифу, который никто из участников не может ни подтвердить, ни опровергнуть, была школьная группа из Тинмутского колледжа, The Magic Roundabout. Это весьма таинственный коллектив; с уверенностью мы можем сказать только то, что Доминик играл там на ударных, но неизвестно, выступили ли они хоть раз вживую, да и вообще были ли в принципе «группой». Мы только знаем, что Мэтт Беллами постепенно играл на гитаре все лучше и лучше – он отрастил ногти и стал брать уроки фламенко, на которых схватывал все на лету раньше, чем учитель успевал говорить. Мэтт с легкостью осваивал все самое сложное, но при этом совсем не уделял внимание обычным предметам. В итоге если нужна была виртуозная техника, он первенствовал, а когда речь заходила об элементарщине – наоборот, плелся в конце. Еще он очень хорошо умел запоминать песни на слух. В подростковом возрасте он сновал между разными школьными группами, в основном в качестве клавишника, но ни в одной так и не задержался.

Музыка, похоже, спасла его от беспросветного наркоманского будущего: он перестал напиваться на набережной и вместо этого ходил репетировать домой к друзьям. Мэтт даже занялся организацией концертов: арендовал помещения в промзоне «Бродмидоу» за 3–4 фунта в час и устраивал концерты группы, в которой играл на этой неделе, и еще нескольких местных коллективов. Эти вечера стали эпицентром Тинмутской музыкальной сцены, на них ходили все уважавшие себя местные музыканты. Одна из групп, игравшая вместе с группой Мэтта, называлась Carnage Mayhem; она была самой популярной и профессиональной из всех школьных групп Тинмутского общественного колледжа того времени. Временами они арендовали досуговый центр и устраивали вечера, на которых собирались самые модные тинмутские ребята, курили косячки и обсуждали сцену. Carnage Mayhem вдохновляли Мэтта учиться лучше играть на гитаре в надежде, что ему когда-нибудь предложат присоединиться к хорошей группе. А еще там играл на барабанах Доминик Ховард.

Мэттью Беллами и Доминик Ховард познакомились в «Логове» – так называли полянку в центре Тинмута, на которой собирались различные городские «племена», недоверчиво разглядывая друг друга. Мэтт тусовался со спортсменами, Дом – с модными ребятами. Но Мэтту стало неловко со своей кликой, так что, одетый в спортивный костюм, он подошел к Дому, представился и попросил научить его получше играть на гитаре. В тот день шел легкий дождик, без всяких громов и молний, но в истории рок-музыки было мало столь же судьбоносных встреч.

Мэтт и Дом на самом деле ходили в одну и ту же начальную школу, но не знали друг друга, несмотря на общих друзей. Теперь же, в пятнадцать лет, они наконец-то познакомились, хотя поначалу казались непримиримыми противоположностями. Дом был длинноволосым джаз-рокером, родители которого считали игру на барабанах простым хобби, которое ни к чему не приведет: в детстве его интерес к музыке ограничивался извлечением странных звуков из синтезатора сестры, когда ему было лет пять, а еще он любил стучать по всему подряд. Одно из его первых воспоминаний – то, как он поймал рыбу и стал бить ее о землю до тех пор, пока у нее не вылетел глаз, чего он на самом деле немало стыдится. Мэтт же – широкоплечий парень в спортивном костюме, с короткой прической и угрожающим рычащим голосом, который, правда, оказался еще и пианистом-вундеркиндом. Казалось бы, что их могло объединять? Ответ прост: они оба неместные и любят одну и ту же музыку – мелодик-хардкор. Когда Доминик сумел затащить Мэтта, которому давал уроки «крутости», на прослушивание в Carnage Mayhem в 1992 году, между ними сразу что-то «щелкнуло». Поиграв вместе, они обнаружили друг в друге изобретательность и склонность к экспериментам, и Дом убедил остальных музыкантов Carnage Mayhem взять Мэтта гитаристом.